Ларс

Уже лежа в постели, я пытался осмыслить события сегодняшнего дня и проанализировать свое поведение. Мне нравится здесь. Если бы не постоянные покушения на меня, то было бы вовсе хорошо. С другой стороны, при удачной инсценировке своей гибели, можно остаться и наблюдать за становлением Руси. Можно помочь Рюрику зародить массовое производство товаров и создать промышленность. Можно столько всего наделать, что ни один из династии Рюриковичей не сможет не восхититься делами этого времени. Так ни к чему и, не придя в своих размышлениях, организм вырубился, погружаясь в сладостную негу.

***– Вставай, баляба! – голос Сокола за дверью был полон злости, – Ларс, выходи, а не то сломаю дверь и лично тебя брошу в реку.

Я мигом проснулся. Мне кажется, этот тип не шутит. Лучше не провоцировать его на исполнение угроз. Одевшись под грозные окрики учителя, я выскочил наружу. Сокол стоял с ведром воды и намерением окатить меня с головы до ног. Его замершая поза мне не понравилась. Кажется, он еще не передумал совершить утреннее омовение моей бренной тушки. Я поднял руки вверх в классическом жесте сдачи в плен. Вроде бы убедил его в добрых намерениях, если судить об опущенном ведре и вредной ухмылке этого изверга.

Как оказалось, меня уже ждали у центральных ворот города, когда подъехавший Сокол не увидел меня спозаранку. Потому он направился ко мне с целью вытрясти дух и разбудить нерадивого ученика. Все это рассказывал учитель, пихая меня в незажившее еще ребро, не забывая сдабривать богатейшими матерными оборотами мою сонливость и вялость. Умыться толком мне не дали.

У ворот нас ждал дядя Радомысл и четверо варягов. У дядюшки была помятая физиономия, видно, что вчера он вдоволь пообщался с крепкими напитками. Молча кивнув на мое приветствие, мы тронулись в путь. Варяги держали под уздцы наших с Соколом коней.

Хольмград расположен в живописном месте. В это время года природа наливается насыщенными яркими красками. Окружающие леса изобилуют какофонией звуков. Рассвет на востоке только начал подкрашивать алым цветом вихрастые облачка. Дорога на юг петляла по лугам и лесам.

Ближе к полудню дядюшка оживился, чему явно способствовала кожаная фляга с подозрительной жидкостью, притороченная к луку его седла.

Меня же интересовала мысль об Эсе. По идее она должна нас сопровождать. Вот только знает ли она о моем отъезде. Вот и проверим ее профпригодность.

Наше посольство должно дойти до пункта назначения дней за десять. Сокол обещал начать обучение вечером на привале. Кстати, мое согласие на учебу бою на топорах его сначала насторожило, но, когда он понял, что это не шутка, его радости не было предела. Он даже хотел начать на ближайшем привале вдалбливать в меня азы топоромахания. Его энтузиазм меня немного напряг.