Ларс

Борода у него была заплетена в косички. Светлые волосы завязаны в хвост наподобие моего. Маленькие глаза были колючими и жутковатыми. Нос с горбинкой хищно нависал над бородой. Широкие плечи мужчины не позволяли усомниться в его воинском умении. На его фоне моя несостоявшаяся красивая теща была маленькой и хрупкой.

– Мама, папа, – начала моя Баба Яга, – мы пришли «просить прощения», – она опустила голову.

Ух ты, так этот мужик ее папа? Здоровый кабан. Стоп. Мама? Ее мама – это жена Ходота. Значит, этот мужик – князь вятичей, Ходот?

Смех Радомысла разрушил тишину.

– Дорогой князь Ходот, – заявил дядя, подходя ко мне, – позволь представить тебе моего племянника Ларса, сына и наследника Гостомысла, князя всех словенов.

– Нет! – моя Баба Яга бросила руку и с ужасом посмотрела на мое непонимающее лицо.

Ходот сначала посмотрел на реакцию дочери, потом на удивленного меня и снова на дочь. Громоподобный хохот вятичского князя прогудел по всему терему. До меня стало понемногу доходить. Я добровольно женился на дочери Ходота. А как ее зовут, кстати? Наверное я это сказал вслух, так как к хохоту тестя присоединился и дядя.

Ходот взял свою жену за руку и подошел к нам.

– Ларс, я рад представить тебе князя Ходота, – дядя взял на себя знакомство с тестем.

Предводитель вятичей протянул свою лапу и мы крепко пожали руки.

– Я рад, что мы породнились с твоим отцом, – заявил князь, – с княгиней Рогнедой ты уже знаком, – он подвел мою тещу.

Рогнеда бережно взяла меня за уши и наклонила. Она поцеловала мой лоб и что-то прошептала. Как мне потом объяснили, это она так благословила наш брак.

Моя Яга стояла в метре от нас, скрестив руки на груди.

– Так как тебя зовут на самом деле, Баба Яга? – обратился я к жене под недоуменнее взгляды ее родителей.

– Я – Милена, – буркнула моя новообретенная супруга.

Ходот предложил нам пройти в горницу и позавтракать. Мы поднялись на второй этаж. Меня усадили за огромный стол. Слева села Милена, справа Радомысл. Соколом извинился и, сославшись на занятость, сбежал. Наверняка с Забавой будут обсуждать мою «женитьбу», болтушки.

Мы завтракали под неторопливую беседу Радомысла и Ходота. Дядя жаловался, что я не хотел жениться и искал выход из брака, навязанного Гостомыслом. Радомысл предположил, под мое молчаливое согласие, что выход я нашел в браке на девушке из рода вятичей, но не той, которую выбрал родитель, а той, которую выбрал сам Ларс. Я был красным как свежесваренный рак. Кончики ушей пылали, будто их нагревали в мартеновской печи. Неужели мои действия так легко просчитываются. Я стал усерднее жевать свежие булки, запивая теплым молоком."

"В ответ Ходот поведал не менее любопытную историю о Милене. Он жаловался на современное поколение, не уважающее мнение старших.