Ларец, полный тьмы

Там тебя и твоего мужа знают гораздо лучше, значит, и охват будет больше.

– Не делай этого! – взмолилась Анфиса, решив перейти от угроз к слезам. – Я заплачу тебе любую сумму! Что тебе толку от этой публикации?

– Действительно, – немного подумав, согласился Влад. – Толку мало и удовлетворения никакого. Ладно, публиковать не стану…"

"– И сколько попросишь за молчание? – с подозрением прищурилась она.

– Деньги мне не нужны, у меня их достаточно. Но когда-нибудь ты окажешь мне услугу. Тогда, когда я буду нуждаться в твоей помощи. А не поможешь, снимки будут обнародованы в тот же день. Поняла, Анфиса?

– Поняла! – сквозь зубы процедила Зверева.

Влад послал ей воздушный поцелуй и бодро сбежал вниз по ступенькам.

Она с ненавистью уставилась ему в спину. Интересно, как долго он стоял поблизости? И как много успел подслушать?

21

Другое платье

Доминика Поветруля нашла семейную чету Поликутиных в кабинете на втором этаже. Она осторожно постучала в приоткрытую дверь, а когда та распахнулась, заглянула внутрь. Иван и Виктория стояли у открытого окна.

– Вот вы где, – улыбнулась Доминика. – А гости вас уже заждались. Официанты накрыли на стол, и мэр желает сказать тост в честь именинницы.

– Тогда не будем заставлять его ждать, – ответила Виктория, смахнув с щеки слезинку.

– О, что такое? – Доминика вошла в кабинет и плотно прикрыла за собой дверь. – Вы тут, случайно, не разругались в честь торжества?

– Нет, – покачал головой Иван. – Проблемы с сыном. У кого их не было?

– Верно, – согласилась Доминика. – Милана тоже иногда подкидывает мне неприятные сюрпризы. Но от этого никуда не деться. Когда-то мы и сами были такими.

Иван усмехнулся. Затем выдвинул верхний ящик комода и вытащил из него небольшую фотографию в позолоченной рамке.

– Помнишь? – показал он снимок Доминике.

– Конечно, – кивнула та, разглядывая групповой портрет. – Такая же есть у каждого ученика нашей группы. Правда, я от своей предпочла избавиться. Слишком много неприятных воспоминаний она вызывает.

– Но это наша молодость. – Иван задумчиво рассматривал снимок, держа его на вытянутых руках.

Виктория подошла ближе. Она увидела несколько молодых ребят в форме академии «Пандемониум», сфотографированных на фоне одного из учебных корпусов. В центре группы стоял их преподаватель, в котором она безошибочно узнала Платона Долмацкого.

– Здесь вся наша компания, – с теплотой в голосе сказал Иван. – До того, как мы перестали друг с другом общаться. Я, ты… Ксения Соловьева… Остальные… Юные и беззаботные. До всех этих неурядиц. Если бы можно было вернуть те времена, скольких ошибок я мог бы избежать!

– Это и моя самая несбыточная мечта, – горько усмехнулась Доминика.