Лапочка

– Ты самое ничтожное создание, посмевшее не просто выкрасть женщин и ребенка, ты посмел поднять руку на девушку. Не хочешь в свое оправдание что-то связное сказать? Глядишь, я бы смягчил наказание.

- Не хочу, не хочу, потому что повторил бы это еще не один раз. Жаль, что не сдохла, тогда бы удовольствие было по круче оргазма. Но как знать, может в будущем, я еще что-нибудь сделаю.

- Если оно у тебя будет. Будущее, - сообщил Дамир и устало прошел к близ стоящему стулу.

- Я и с того света вас достану. Ты сам Булат виноват, что все так случилось, ты только ты.

- Хочу услышать причину.

- А нечего было тогда в клубе руки мне заламывать. Чпокнулись бы с Лапой и все прошло.

- Бл*дь, я устал это слушать, - прорычал Дамир, и я прекрасно его понимал, ведь речь шла о его дочери.

- А чего? Правда это всегда больно? А хотите еще новость открою? По глазам вижу, что хотите.

- В моих глазах, сопляк, только одно желание – скорее с тобой покончить.

- Успеете, а сначала выслушайте, - скалясь как волк, начал этот ублюдок, сплюнув на правую сторону кровь. – У меня свои счеты, у Татки с мамашкой свои. А вы, Дамир, рассказывали своим доченькам, как Шираев насиловали ее мать? Рассказывали, как вы делили жену с другим мужиком?"

"- Ты совсем страх потерял? – заорал Байер, и руками сжал подлокотники. Было заметно, что он едва сдерживается, чтобы не подняться и не разорвать как тряпку малолетнего подлеца.

- А как отдали Лику в детдом, только бы спасти вашу шкуру. Она знает об этом? Знает, что ценой вашей жизни? Или как вы сразу же пошли трахнули секретаршу свою, чтобы расслабиться и забыться. Ой, не сказали, а я вот сказал.

- Что ты произнес, гаденыш? Повтори, что ты сказал?

- Да знает, ваша ненаглядная доченька, что мать ее трахать как хотели! – с яростью добавил Анросов, и тут же вместе со стулом повалился назад, потому что Дамир не сдержался, и со всей дури вмазал ему по морде.

- Пора заканчивать этот цирк! – рыкнул он, и кивнул ребятам, чтобы они подняли мерзавца.

- Спускайте мальчику штанцы, он писать хочет, - съязвил я, смотря на Павла взглядом наполненным ненавистью.

- Вы че удумали, але, вы че? – занервничал парнишка, но мне было абсолютно плевать на то, что именно он сейчас ощущает, потому что мою девочку он не жалел ни грамма, о чем свидетельствовали синяки на ее нежном теле.

- А че? – спросил в той же манере, что и сопляк, и прошел к накрытому тканью столу, собираясь взять занятную вещицу.

- Ну поговорили и хватит, зачем это? Мужики, не трогайте, вы че? Вы че эти, пидорасы что ли? Мужики?

- Ты кого пидорасами обозвал, попугай? – быдловато спросил Гарик, один из охранников, и рукой сжал яйца Павла, прокручивая те в разные стороны.