Лапочка для Демона (СИ)

Все его поведение говорит о хищнических намерениях.

Вот только, в отличие от других, он не обманывает.

Как машина, получил данные, проанализировал, теперь делает выводы. И предлагает решение. Вот только я опасаюсь… Соглашаться.

— Да, Лапа. Он подается вперед и впервые смотрит на меня открыто. Жестко и страшно. Морозом пробивает. Только, что я скажу, то и делаешь.

— Что я могу сделать такого? жалко и неуверенно улыбаюсь, жму плечами, надеясь снизить накал, свести. Это все… На более безопасные рельсы шутки.

— Встань на колени и отсоси у меня.

Я думала, у него до этого жесткий тон был? Я ошибалась!

Вот сейчас он жесткий!

И взгляд! Безумный! Холодный!

Он не шутит ведь. Не шутит. Смотрит на меня, изучает, как муху, пришпиливает на острие своего взгляда, не отпускает.

А у меня, кажется, вся кровь со щек уходит. Я прямо чувствую, как мертво становится внутри. Пусто.

Я ослышалась? Этого не может быть. Он не мог такого сказать.

Разочарование в этом человеке такое душераздирающее, что я чуть не задыхаюсь от горя. Смотрю вперед, а не вижу мужчину перед собой. Больше не вижу.

— Лада, срывается с моих губ беспомощный стон.

— Охренеть, морщится Игорь, то есть, кроме нее, никого? В любой ситуации, где чувствуешь слабость, ты ищешь только ее?

— Ты пошутил? цепляюсь я за надежду, что он все же нормальный человек, а не такой, как те, что привезли меня в Москву и хотели довести до больничной койки.

— Почему нет? усмехается Игорь, и взгляд у него пожирающий, голодный. Парню своему сосала? Я хуже?

— Никогда не делала ничего подобного, я медленно сползаю со стула.

Потому что надо уходить. Прямо сейчас уходить.

Убегать надо!

Меня больше не волнует его одиночество, его трагический склад характера, его таинственность и холодность. Все то, что совсем недавно привлекало. Потому что в очередной раз я ошиблась. И приняла его за совершенно другого человека. Дура! Вот, дура!

В самом деле, прав был… Да все они правы!

Это отклонение!

Это болезнь!

Один беды мне от этого, одни разочарования.

Понимаю, что еще немного, и расплачусь позорно и глупо, а потому стараюсь думать.

Слезы не помогут, слезы делают слабее… А значит, держусь, отступаю спиной в сторону коридора, не сводя настороженного взгляда с хозяина квартиры.

Он смотрит спокойно, насмешливо даже. Опять становясь тем Игорем, что так мне нравится. Нравился.

Потому что сейчас мне уже плевать, что он глубоко одинок, что у него какая-то травма душевная. Пусть сам справляется, я не смогу помочь. Он спасал мне жизнь, Но видимо, Это имело значение исключительно для меня.

Все что мне нужно, Это телефон. Номер Лады я знаю наизусть. Мне кто-нибудь даст позвонить, просто надо выбежать из этой квартиры.

Я разворачиваюсь и, отлепив себя силой от его взгляда, бегу с кухни в коридор.