Лапочка для Демона

Лапочка замирает и смотрит мне в глаза своими карими заплаканными омутами, я застываю синхронно с ней.

Просто боюсь лишнее движение сделать, тревожно вглядываюсь в тонкие изящные черты лица, ища там подтверждение. Ты поняла меня, Лапа? Ты будешь делать так, как я говорю? Только так? Да?

По всем прикидкам, она должна смириться. Подчиниться. Кивнуть.

Но я оказываюсь не готов к ее дальнейшим действиям.

Потому что Лисенок в очередной раз действует нелогично.

Она меня целует.

Это настолько неожиданно, что я в первые секунды даже не понимаю, что происходит. В голове останавливается даже тот механизм, что пока еще функционировал… Просто все намертво встает.

ERROR, сука.

Черный экран.

Самое страшное для программера.

Гибель материнки.

Ее губы нежные-нежные, Это не прикосновение даже. Это… Это печать. Это переписывание кода набело. Перезагрузка.

Лисенок останавливается, неуверенно смотрит на меня, выдыхает теплый сладкий воздух мне в губы. И пробует еще раз. Обхватывает мягко, воздушно. Невыносимо.

Меня бьет сразу в печень, в солнышко, в пах, в скрюченные пальцы рук. И в голову. Контрольным.

И дальше все происходит очень быстро.

Как только Лисенок, решив, что усмирила зверя и наигралась, пытается отстраниться, я жестко прижимаю ее к дверному полотну и впиваюсь в дрогнувшие под моим напором сладкие губы яростно и грубо. Как умею. Как могу. Как хочу.

В голове идет перезагрузка, черный экран стремительно заполняется белыми символами, компьютер выходит в стандартный режим.

Лисенок, ошеломленная напором, стонет удивленно и жалобно, Но не отталкивает, наоборот, обхватывает ладошками за шею, а ногами за талию.

И я с огромным, сумасшедшим удовольствием погружаюсь в нее.

Полностью, без остатка, до дна.

Верней, пока не до дна, Но. Это вопрос времени теперь! Только времени.

Каким образом мы оказываемся в спальне, я не запоминаю, и, более чем уверен, Лисенок тоже.

Я рву свое же покрывало, что подло закрывает доступ к тому, что сейчас необходимо до боли. Молча, без звука, только треск ткани и шепот Лисенка, слабо прикрывающейся ладошками:

— Игорь, не надо, не надо.

Мозг улавливает не ту команду. Я замираю, затем падаю на нее, чтоб предпринять меры для устранения системной ошибки. Потому что какое «не надо»? Какое, нахер, может быть «не надо» сейчас?

Целую шею, стараясь сдерживаться, стараясь склонить девчонку к тому, чтоб просила и говорила «надо», она с готовностью позволяет. Это делать, опять поступая нелогично, учитывая пару секунд назад сказанные слова, руки опять рвут на редкость круто запакованную ткань, и она опять шепчет:

— Не надо, не надо так.

Да бля! Как надо? Как?

Торможу, смотрю ей в глаза уже с яростью, а она, Это рыжее чудо, продолжает:

— Жалко… Ткань… Шелк натуральный. Шармез. Не надо рвать.