Лапочка для Демона (СИ)

И потому я действую более решительно.

Обхватываю мокрой ладонью член, вожу вверх и вниз, теперь уже легче и плавнее, а потом накрываю голову губами и резко всасываю. И наградой мне служит сдавленное ругательство и белые костяшки вцепившихся в край кровати пальцев.

От этого с ума можно сойти, и я схожу. Голова уже не работает, только инстинкты. Мне хочется самой двигаться сильнее, захватывать глубже, и хочется себя трогать одновременно.

— Да, Лап, давай, давай, потрогай себя, я хочу смотреть, хрипит Игорь, засекая мои пальцы внизу живота.

И я становлюсь еще смелее, еще раскованней.

Уже правильно расслабляю горло, сглатываю, каждый раз вызывая дрожь в теле своего мужчины, и эта дрожь эхом отдается во мне, темп все сильнее, и я уже не противлюсь направляющей ладони на затылке.

И финальным глубоким движениям, когда забывший про все на свете Игорь просто держит меня и имеет в рот. Я смотрю в его лицо, сумасшедшие глаза, напряженно сжатые губы… И волна удовольствия прошивает меня раньше даже, чем моего ледяного демона. Который уже перестал быть ледяным. Слезы текут по щекам, все внутри бешено сокращается, машинально сглатываю, и Игорь чуть ли не падает обратно на кровать.

Нетерпеливо утягивает меня на себя, держит, гладит по мокрой спине, дышит.

А я обалдело думаю о том, что, похоже, только сейчас по-настоящему стала женщиной. Не боящейся сделать то, что хочется, что будет приятно. Без оглядки, без шор на глазах.

Я лежу, абсолютно голая, на мужчине, пахну его потом и спермой, и не испытываю никакого сожаления или дискомфорта… Это правильно? Нет? Мама бы сказала, что.

Я извращенка?

Я ненормальная?

Во что он меня превратил?

Я теперь тоже демон?

Его развратная демоница.

Игорь переворачивает меня неожиданно на спину, резко дергает за ноги и подтягивает бедра чуть вверх.

Так, чтоб удобно было поцеловать там, внизу, горячим ртом. Голова кружится. Я хватаюсь за покрывало, за край кровати, я лечу. Не могу толком сформулировать даже, что он там делает, Но спазмы удовольствия еще не скоро прекращают сотрясать мой измученный организм.

Это невероятно просто, безумие какое-то.

Как я раньше без этого жила?

— Что мы еще не попробовали? задыхаюсь я, глядя в высокий потолок.

— Много чего, усмехается Игорь, поднимаясь вверх, попутно зацеловывая мои бедра. И перечисляет:

— Шестьдесят девять, сквирт, анал, подчинение, связывание.

Ой… Зачем спросила?

Становится стыдно, хотя стыдиться после того, что только что было… И, несмотря на то, что я красная от стыда, не могу не спросить:

— А что такое «шестьдесят девять»?

Игорь добирается до моих губ, усмехается и вид у него опять невыносимо демонический:

— Я тебе покажу, Лапа. Обязательно. Все покажу. Но сначала.

Облизываю губы, волнуясь. Чего он хочет сначала? Неужели.