Лакомая в Академии вампиров

Вдруг даст мне второй шанс?

– С ума сошла! – испугался Виктор. – К самому ректору пойдешь? Подумай головой, великий князь темных такой высокомерный. Его бесполезно просить! Ребята со второго курса болтали: Леоне не любит десмондов… Не надо, Лиззи, пожалуйста, не ходи… Тебе необязательно возвращаться домой, ведь Колледж бытовой магии…

– КБМ с этого года не принимает десмондов. На всякий случай я узнала, когда мы сюда ехали, – сказала Лиззи негромко и решительно поднялась. – Нет, Виктор, не пытайся меня отговаривать. Если есть малейший шанс остаться здесь, я им воспользуюсь!

– Хорошо, любимая, если ты считаешь, что это может помочь… – парень кивнул и коснулся губ Лиззи трепетным поцелуем. – Удачи, моя девочка!

Лиззи шла по коридорам и переходам шикарного поместья, в котором располагалась Академия Вампиров, с видом человека, которому нечего терять. В глубине души она понимала, что просить безупречного ректора (ему этот богатый особняк, кстати, и принадлежал) о чем-либо просто глупо – великий князь темных не ведает жалости, но какая-то непонятная решимость гнала ее вперед.

Перед массивной дубовой дверью, обитой аспидно-черной кожей, Лиззи на мгновение замерла. Непреодолимое чувство бежать отсюда со всех ног охватило девушку, но, собрав остатки смелости, Лиз постучала и вошла.

В этом роскошном интерьере она сразу почувствовала себя лишней. Эбонит, серебро и мрамор: тёмные стены, белый камин, серо-серебристые занавески и пушистый ковер на полу, черный, будто зияющая пропасть.

– Ваше Сиятельство, – Лиззи сделала маленький шажок вперед. – Элизабет Бредфорд, первый курс, группа Д, десмонд. Я по поводу экзамена и… и своего отчисления.

Константин Леоне даже не взглянул на нее. Лиз глупо замолчала, думая только об одном – насколько великий князь хорош!

Лет сорока на вид, высокая ладная фигура с широкими плечами и узкими бёдрами, породистое лицо с чуть тяжеловатой челюстью, чувственными губами, носом с небольшой горбинкой и ярко-голубыми глазами… Темные густые волосы ректора с легкой проседью, точно припорошенные инеем, были уложены так, словно он только что вышел из лучшего салона, а угольно-серый костюм пошит у лучшего портного.

Взгляд девушки невольно приковала знаменитая нагайка великого князя, которая лежала перед ним на столе, похожая на спящее, но очень опасное существо. Если и имелась у безупречного Константина Леоне слабость, то это были лошади. Рядом с поместьем располагалась его личная конюшня, а в обязательную программу академии со второго курса входила верховая езда.

– Ваше Сиятельство! – повторила Лиззи, дивясь своей настойчивости.

Видимо, только благодаря этому Леоне соизволил поднять голову и посмотреть на посетительницу.