Лайк за любовь (СИ)

Пусти, — уже в страхе зашептала она.

— Называй пароль, или я расшибу твои тупые мозги по стенке, — его колотило от бешенства, и пальцы все туже обвивали шею Беллы. Он был готов действительно переломать ей хребет, лишь бы никто никогда не увидел этих фотографий.

В черных глазах темноволосой заблестели слезы, а рот беззвучно ловил воздух.

— Просто первые пять цифр, — уже едва слышно просипела она.

Егор шумно выдохнул и разомкнул пальцы на шее Беллы.

— Надо был оставить себе копии твоих интимных фото и выставить их на порнохаб, а не благородно удалять. Им там самое место, — продолжая, нависать над сжавшейся в комок девушкой, он озлобленно смотрел на красивое личико своей бывшей.

Потянувшись опять к телефону, чтобы наконец разблокировать его и удалить все то, что могло бы выйти ему боком, Егор замер. Замер, услышав дрожащий, родной голос за своей спиной, от которого сжалась каждая молекула внутри, пронизывая страхом и болью.

— Да ты просто конченый ублюдок, Королев.

Глава 41

Я нашла в себе силы прочитать все. С самого первого поста. С поста про «уродское платье» до полного обнажения меня перед огромным количеством подписчиков. И теперь стало понятно, откуда у Егора деньги. Его пикантно-романтические истории о нас удерживали интерес подписчиков, давая возможность зарабатывать на банальной рекламе."

"Машка настойчиво просила не ехать к нему, но мне нужно было видеть разноцветные глаза, чтобы понять — за что он так со мной?

И стоило мне услышать грубый, надменный голос, как желание знать ответ растворилось без остатка в той боли, которая все это время, пока я читала эти записи, просто показывала свои иголки, а теперь запихнула клубок ножей в самое сердце.

Меня хватило лишь на одну-единственную фразу:

— Да ты просто конченый ублюдок, Королев.

Егор замер, а широкие плечи напряглись так, что тонкая ткань черной футболки натянулась ровным полотном на его спине. То ли он действительно поворачивался так медленно, то ли мое сознание таким образом пыталось как можно дольше не встречаться с разноцветным омутом, боясь новой порции боли, но это мгновение растягивалось в бесконечность.

— Кир, нам надо поговорить, — с надрывом произнёс Егор еще до того, как его растерянный взгляд заставил ощутить меня очередной пинок где-то под ребрами.

Я открыла рот, чтобы произнести хоть что-то, но к горлу острым комом подкатил лишь всхлип.

— Послушай… — он сделал осторожный шаг ко мне.

Но я тут же отпрянула, подперев спиной дверной косяк.

— Моя… — его голос дрогнул, а сам блондин сделал еще один неуверенный шаг вперед ко мне.

Еще на миллиметр ближе ко мне, еще одно слово, и я бы разлилась водопадом слез и боли прямо на месте, наплевав даже на то, что за нами наблюдали черные глаза Беллы.