Лайриэйль Лайвджой

- Вы же меня научите, как правильно с ним играть, правда? Чтобы не испортить?

Наконец Рий ласково улыбнулась:

- Да играй, конечно, милая, раз тебе так хочется.

Удовлетворенная Лайри повернулась в сторону Найса и жестами показала Старшему по гарему, что если он хоть слово лишнее ляпнет... прирежет его, как минимум.

А бедный Кайрийшэ, стоя на коленях и глядя в пол, мысленно твердил: «Нет… нет-нет-НЕТ, Матерь Всего Сущего... Только не это! Нет, пожалуйста!..».

Он даже обреченно зажмурился, но тут же распахнул глаза, пока госпожа Рий не заметила.

«Еж-ж-ж… она же никогда не встает так рано, ну почему, ПОЧЕМУ именно сегодня??? Она же не упустит случая. Мне ли не знать. А главное… главное, тля, при ней!

Ну за что мне это? За то, что идиот... За каким хреном я к Рою полез? Дебил… кретин… вот сейчас получишь. И будешь тут рыдать и задницей поротой вертеть…».

Тут Кай, наконец-то, оторвался от пола и посмотрел на свою новую госпожу: «Праматерь, какая она красивая с утра. Сонная, нежная. Такая… и меня при НЕЙ сейчас разложат задницей в потолок, и… лучше бы Ройс меня пришиб еще вчера».

- Раздевайся, моя радость, - прозвучал в вышине насмешливый голос, от которого у Кайрийшэ пробрало изморозью вдоль спины. Госпожа Рий…

Парень встал и как робот стал стаскивать с себя рубашку. Спустил штаны. Ни о какой эротичности он сейчас даже не думал. Единственное, на что его с трудом хватило - не бухнуться обратно на колени, моля вслух о пощаде.

Мысленно он старался себя успокоить: «Да что же это такое! Ну выпорет… она же не убивать меня будет!»… И, наконец, нашел виноватого в происходящем: «Ройс, сволочь, все из-за тебя. Что, доволен?».

И Кайришэ искоса посмотрел на этого… Конечно, ему плевать.

Но, встретившись со взглядом того, кто его постоянно так раздражал, Кай даже головой тряхнул, отгоняя наваждение. Ройс смотрел на него виновато и сочувствующе. И это почему-то задело парня за живое: «Это сейчас что было? Тля! Не смей! Не ты!!!».

Я с насмешливым удовольствием наблюдала, как Кайрише прошествовал в середину комнаты и застыл, не зная, что делать дальше. Ни лавки, ни козел для порки. Стоит. Трясется, а глазками по сторонам стреляет! М-м-м, ты моя лапочка! Когда ты так боишься, я почти хмелею от запаха страха и ожидания боли.

- В коленно-локтевую, раб, - бросила я насмешливо. - И считай. Собьешься, начну сначала, помнишь, заинька?

По-о-омнишь. Вот и не сбивайся.

Чем сегодня будем рисовать? Хм, надо подумать…

Обхожу несколько раз уже вставшего в нужную позу парня, сужая круги. Рассмотреть его со всех сторон, полюбоваться, как дрожит жилка на склоненной шее. Голову опустил, спрятался за волосами. Так не пойдет, заинька… Я хочу видеть твое лицо. Глазки твои испуганные, губы.

- Подними голову! И не смей опускать. Глаза держи открытыми.