Лайриэйль Лайвджой

- Я тебя люблю, - прошептал нежно в ухо и принялся ждать реакции.

С полминуты ничего не происходило, потом мелочь пошевелилась. Оторвалась от моей груди, заглянула в лицо. Глазищи заплаканные, губы припухли. Но взгляд уже нормальный, не пустой.

- Только это и утешает, - вздохнула она, прикрыла глаза и легонько поцеловала. - Только ради этого... Я справлюсь.

- Вот и умница, - улыбнулся я, ссаживая мелкую на кровать, опускаясь на колени и осторожно снимая с нее сначала левую, потом правую туфельку. Пыльные, на подошве грязь... Где ее носило?!

Теперь надо аккуратно расстегнуть брюки, стащить их, отшвырнуть в сторону. Тоже пыльные, с каким-то прилипшим репейником. Следом - очередь кофточки, еще недавно белой и целой. Такое впечатление, что моя мелкая по лесам и болотам таскалась, не иначе. С другой стороны, фаршик из Нийкейи надо было припрятать подальше...

- Не хочешь рассказать, как прошла ночь? - взяв Лайри на руки, я донес ее до ванной и поставил под теплый душ.

Мелкая послушно стояла, где поставил, еще и лицо подняла навстречу падающим струйкам. Я выдавил на самую мягкую губку наш любимый хвойный гель и нежно провел по узкой спине сверху вниз и обратно, намылил плечи, руки... Лайри млела, с наслаждением выгибаясь навстречу скользящим движениям, только изредка поеживалась, когда я осторожно обмывал свежие царапинки. Наконец, когда губка добралась до тонких щиколоток и маленьких ступней, не выдержала, взвизгнула, отдернула ножку. Хихикнула:

Завернутую в большое пушистое полотенце, я отнес ее в кровать, усадил среди подушек, накрыл теплым одеялом и уже взялся за расческу, чтобы длинные темные волосы легли привычной шелковой волной, а не превратились к утру в воронье гнездо. И только тогда она заговорила.

- Завтра я поеду в Космопорт. Заберу из банковской ячейки все, что эта... собрала на сестру. А ночью придется снова лететь... туда. Запишем покаянное видеописьмо от Нийкейи, - вздохнув, ненадолго замолчала, потом продолжила: - С ней ничего особо даже делать не пришлось. Пара затрещин, вывихнутый палец. Тоже пара. И сразу появилось желание сотрудничать, - и вдруг мелкая обернулась ко мне, посмотрела в глаза, серьезно и напряженно: - Ее нельзя отпускать. Никак. Она слишком жадная и злопамятная. И умная. И она убивать не боится.

Сокровище мое уснуло, а я еще долго лежала с открытыми глазами и смотрела в темноту. Отогревшись рядом с ним, позволив ему утешать и заботиться, я почувствовала себя лучше. Но сейчас, когда вокруг темно и тихо, защититься от мыслей не получается. Только будить Найса я не стану. Он - моя уверенность, моя опора, то, благодаря чему я могу идти вперед не оглядываясь, просто зная, что кто-то всегда поддержит и поймет. Но вперед идти нужно самой.