Лайриэйль Лайвджой

То ли потому, что ждал боли, а получил ласку… То ли потому, что вообще не ожидал ласки от нее…

Нет, после каждой порки мне говорили, что я забавный зверек, и гладили по голове, прежде чем выставить вон. Но вот чтобы именно так… Вот сейчас я окончательно поверил, что меня простили и вернули. И от этого меня повело…

Я застонал, выгибаясь. Блин… Совсем как малолетка. А госпожа вместо того, чтобы шлепнуть меня как следует, снова ласково погладила… по позвоночнику… и потом ее пальчики прошлись между моих ягодиц, пощекотали чуть выступающий бугорок мышц…

Ну, бли-и-ин же… Я себя котом… кошкой в период течки чувствовал! Потому что желал сейчас больше всего, чтобы она в меня вставила…

Но, подразнив меня еще минутку, госпожа отошла… наверное, за плеткой.

Я, закрыв глаза, лежал и мечтал… И, бли-и-ин, ощущал последствия ее ласк и своих фантазий. Ох, как я их ощущал! Колючая, жесткая ткань… по головке члена! Наждачка. Кажется, так назывался материал, которым мы в детстве обрабатывали ручки выструганных нами деревянных ножиков. А еще меня раз кот туда лизнул… бли-и-ин, аж слезы из глаз тогда навернулись. И сейчас те же самые ощущения.

Возбуждение заглушает боль, но потом… Потом я же на стенки лезть буду!

И тут меня за волосы сдернули с кровати, а из-под меня выдернули это покрывало. Под которым оказалось красивое, обычное… Ну, бли-и-ин… Точно! Раньше тут именно оно и было! До того, как… Значит, эту наждачку стелили специально для меня? Ну бли-и-ин же…

Хлопок по заднице дал мне понять, что пора снова принимать прежнюю позицию.

А дальше началось что-то невообразимое! Я о таком даже мечтать не смел. Ее пальчики обхватили мои запястья, чтобы поднять их вверх и скрестить у меня на затылке. Нежно погладили мою несчастную спину, разбегаясь, пересекаясь, рисуя волны и полосы… и, наконец… я ощутил ее пальчик в себе…

В голове давно уже перемкнуло… я стонал от ее ласк, выгибался… пытался насаживаться на ее пальчики. Один раз я видел, как парня поимели, пропихивая в него руку, тогда меня мутило от ужаса и отвращения… сейчас я был готов даже на это… я был готов на все. Я плавился, растекался, извивался…

Если бы я не знал, что чист, как стеклышко после генеральной уборки, то решил бы, что полон вейдже под завязку… но в том-то и дело, блин, что я был чист! И я не понимал, что происходит!

А ее пальчики неожиданно сменил анфаллос. Я понимал, что это именно он, а не страпон. Но глаза-то у меня были закрыты, и я мог мечтать. Мне так хотелось, чтобы она не просто имела меня, а… Ну, блин, просто вечер фантазий!

Единственной осознанной мыслью в моей голове была только одна – «Терпи!».

Я извивался, стонал, выгибался, вилял бедрами, насаживался… Но не кончал… из последних сил, из какого-то дикого необъяснимого упрямства.