Лайриэйль Лайвджой

И схватилась за другой анфаллос, вдвое, кажется, больше. С вибратором.

Эй, так она мне порвет мальчишку нахрен!

Пока я обходила дебильную драпировку, слишком рьяная девчонка успела перевернуть парня на спину и почти до крови расцарапать ему грудь вокруг сосков. Но добилась только того, что зверек стал извиваться, стараясь… вырваться?

Он окончательно рехнулся??? И даже не сдерживается, рыдает в голос…

Ейлия увидела мое возвращение первой, с досадой оттолкнула свою жертву и обиженно насупилась.

- Рий, да он бракованный какой-то! Что ты с ним сделала? Я всего лишь хотела поиграть, ничего смертельного, я бы с ним ласково… А этот… этот… - у нее обиженно задрожала нижняя губа. – Посмел заявить, что ему все равно! Что лучше пусть я его сразу убью! Рий!

- Успокойся, дорогуша, – да я сама в шоке! Такого точно не ожидала. Но лицо терять нельзя! – Я всего лишь хотела продемонстрировать тебе, что значит научить зверька преданности одной госпоже. Помнишь, когда мы его выкупали, он и тебе глазки строил? И еще парочке госпожей? Я на нем новую методику испробовала – предан только мне!

Матерь! Ну и чушь я несу… Но несу с уверенным видом, это главное. Ейлия уже внимает с благоговением, и другие случайные зрительницы заинтересовались… Вот же, чуть было репутацию сама себе не подпортила.

Кто ж знал, что с этой полоумной зверюшкой так выйдет!

Лежит на столе, где девчонка его бросила. Голый, зареванный.

И взглядом меня ест, а в глазах… столько всего, что я даже разбираться не хочу.

Надежда. Мольба, боль… ужас отступающий.

Лежит и слезами давится - при мне рыдать не смеет. Уфф. А то я уж испугалась было, что ему совсем крышу сорвало.

Подошла вплотную, склонилась над ним, запустила пальцы в волосы. Погладила ласково, пропустила локоны между пальцев и сжала горсть волос в кулаке, дернула, вывернула ему голову под неудобным углом.

Ну, звереныш, вспомним, чему я тебя учила?

- Тебя кто, паршивца, учил госпожам грубить? – почти ласково прошептала ему в лицо. – Кто тебе позволил меня позорить, маленький засранец?

Ну вот, что такого хорошего я ему сказала?

Почему он вместе с ужасом поливает меня совершенно ненормальным восторгом из всех щелей??? Тянется за моей рукой, выгибается, словно я его не за волосы деру, а фантастически ласкаю.

Пальцы помимо воли разжимаются, вместо рывков снова перебирают светлые прядки. Немного влажные, шелковистые…

И приказывать ему возбудиться уже не надо. Скорее драть паразита за то, что сделал это без разрешения.

- Плохой мальчик, – это я мурлычу уже почти помимо собственной воли.

Матерь, он даже в самом начале так меня не заводил, как сейчас!

- Плохих мальчиков что?

- Надо наказывать, госпожа… - стонет он и непроизвольно облизывает пересохшие губы.