Лайтларк

А сумрачные – их враги.

Лицо Оро ничего не выражало. Он был тем самым королем, что насмехался над ее мокрыми волосами, положил ей на тарелку сердце и требовал его съесть.

– Я видел его дар, Айсла. Он способен перенестись из Лайтларка в Сумрачные земли и обратно за мгновение. Понимаешь, насколько это опасно? Когда проклятия будут сняты и сумрачные решат снова напасть, пока мы еще уязвимы, пока исцеляемся, он сможет переправить сюда свою армию в мгновение ока. Когда никто этого не ожидает.

– Но до сих пор ты даже не подозревал о его даре! А ведь он мог легко поступить так во время войны. Но не сделал этого, правда?

Оро в ярости тряхнул головой.

– Ты не знаешь, что он сделал, – зло процедил король, оскалив зубы. – И это было очень давно. До того, как он стал правителем и унаследовал несметную власть.

Айсла стиснула дрожащие пальцы. Подняла на Оро умоляющий взгляд.

– Пожалуйста. Пересмотри решение.

Оро покачал головой.

– Ты не можешь решать такое в одиночку. Сам говорил. Что выбор важен, что он сложнее, чем само по себе убийство.

На лице Оро отразилась грусть… даже жалость.

– Я решаю не в одиночку, Айсла.

Значит, он заручился поддержкой Клео и Азула. Большинством голосов.

Получил их одобрение за спиной Айслы.

Уже через мгновение в ее ладони оказался клинок. Бросившись на Оро прежде, чем он успел шевельнуться, она приставила кинжал к его горлу.

Оро позволил. Не сбил огнем, хотя мог это сделать, не моргнув глазом, даже ослабевший.

Король уставился на Айслу глазами цвета меда. Пустой. Бесстрастный.

– Смелее, – подначил он.

Связь короля со всеми людьми острова мешала его убить. Но Айсла могла заставить его истекать кровью, причинить ему боль.

Рука дрожала, вместе с ней дрожал клинок у горла Оро. Айсла долго смотрела ему в глаза.

А затем убрала кинжал и ушла.

У Айслы был план. Далеко не идеальный: он делал ее лгуньей, воровкой и лицемеркой.

Не то чтобы ей не приходилось совершать подобного за минувшие девяносто дней – ничего нового.

Едва Селеста открыла дверь, Айсла заговорила:

– Скажи, что ты моя подруга. И что меня простишь.

Селеста расправила плечи. На лице отразилась решимость, готовность ко всему.

– Я твоя подруга, – твердо произнесла Селеста. – И я тебя прощу.

И все же дикая уловила в ее голосе намек на страх, что все пошло не так. И ведь оно пошло.

У Айслы было все: Сердце, обещание силы, шанс спасти свой народ.

Стоит лишь заплатить цену: жизнь Грима.

Сколько себя помнила, Айсла больше всего на свете хотела свободы. Потом, по ходу турнира, она возжелала силы.

Когда Оро сказал, что умрет сумрачный, когда Терра и Селеста оказались в опасности, Айсла поняла: чуточку больше ей хочется совсем иного.

Будущего – и счастья. С теми, кто ей небезразличен.