Лабутены для Золушки

– Этот самый Гастон Синяя Борода вроде бы крупнейший торговец живым товаром на юге Франции, – сказала Марша. – А здесь у него, видимо, пересыльный пункт, типа того.

Сознание вернулось окончательно, но восприятие происходящего от этого не сделалось яснее. Действительность была настолько дикой и невероятной, что мозг Киры отказывался ей верить: на всем усматривался налет нереальности, как в ванне с шампанским под мельтешением разноцветных огней салютующих яхт.

– Так кого они похищают? – спросила Кира. – Кто вы такие? Я простой бухгалтер с копеечной зарплатой! За меня не заплатят выкупа…

Марша отвязно захохотала.

– Но платье у тебя не копеечное… Значит, есть, чем зарабатывать. Как и у всех нас…

– Мы патентованные красотки, – пояснила Софи. – «Миски» всевозможных конкурсов, лица с обложек глянцевых журналов.

Подойдя к соседней кровати, она принялась ее застилать: взбила подушку, разгладила простыню, уложила и расправила покрывало. Другие кровати уже были застелены. И в том, что признанные красавицы наводят здесь порядок, будто заключенные в камере, тоже было что-то сюрреалистичное.

– Эта банда специализируется на таких похищениях, – продолжала Софи. – И не ради выкупа.

Управившись с кроватью, она уселась на стул возле большого, видавшего виды стола, который, очевидно, долго стоял на улице.

– Если верить Эмме, они продают девушек в гаремы.

Кира не верила своим ушам.

– Harems of the sheiks of the Arab East, – подтвердила Эмма.

– Гаремы Арабского Востока еще не худший вариант, – Марша невесело усмехнулась. – Но у этих ребят плохой менеджмент. Я здесь уже две недели. Софи привезли десять дней назад, а до этого держали где-то в подвале…

Кира поднялась. Поддавшись почти рефлекторному порыву, подошла к окну, раздернула штору – как будто намеревалась сейчас же распахнуть раму и выскочить на свободу. Девушки притихли.

Окно выходило на задний двор сельского дома. Высокий забор из металлического профиля. Сарай. Желтый трактор, плуг, огромные деревянные бочки. Куры и гуси прогуливаются по утрамбованной земле, покрытой скудной травой. Стоило Кире прильнуть к окну, чтобы лучше оглядеться, от угла здания к ней устремился здоровенный парень в расстегнутой до пояса рубахе, с ружьем на плече. Он был явно не похож на типичного французского охотника – в кожаных штанах, резиновых сапогах, шляпе с пером, патронташем и ягдташем с добытыми утками. Впрочем, ее представления о «типичности» французских охотников основывались только на собственных представлениях, вынесенных из французских же кинофильмов.

– Бух! – выкрикнул «охотник», подскочив вплотную и вскинув ружье.

И хотя в этом не было никакой неожиданности, Кира испугалась.