Лабутены для Золушки

 – Что бы там ни было в море, на суше, у вас есть прекрасный шанс спасти моего сына, – она сделала небольшую паузу. – От него самого.

При этих словах Андрей решительно махнул ближайшему «белому медведю», приглашая его подойти.

– Даже не знаю, – Кира пыталась поддержать разговор с мадам Войтовой, но в светской беседе та была чемпионом, а Кира – всего лишь робким новичком, так что все ее подачи отбивались слету, без лишних церемоний.

– Поверьте, – мадам Войтова прервала Киру изящным жестом. – Я разбираюсь в принцессах.

Даже комплименты она умела делать так, чтобы самой при этом выглядеть выигрышно.

Чувствуя, что maman намерена задержаться в их компании, Андрей снял с подноса сразу два коньячных бокала. Войтова проводила их напряженным взглядом, но ничего не сказала. Промолчала и Кира, старательно сохраняя беззаботный вид. Она поймала пристальный взгляд молодого смазливого блондина, одиноко стоящего за столиком возле окна. Единственную компанию ему составляла наполовину опустошенная бутылка красного вина. Встретившись с ней глазами, молодой человек заулыбался и помахал рукой. Кира на всякий случай сдержанно ответила.

– Артурчик что, наказан? – спросил Андрей, заметив, как фаворит матери поздоровался с Кирой – в явной надежде, что на него обратят внимание и пригласят присоединиться.

– Андрей! – Мадам Войтова понизила голос, давая понять сыну, что ей не нравится такой поворот беседы – тем более, при посторонних.

Андрей пожал плечами. Чета Арно – видно, из опасения оказаться в эпицентре семейного скандала – предпочла покинуть столик и отправиться смотреть на танцующих в середине зала.

– Прости, но… смотрю, мальчонка скучает в одиночестве, грустит, заливает, так сказать, вином… да и одет как-то не празднично, явно из секонд-хенда…

– Ты сам-то, – мать кивнула на коньячные бокалы. – Плотно взялся, как я погляжу.

– Ну, тут мы с ним, похоже, сошлись во мнениях… В твоей компании под алкоголь как-то легче.

В ее глазах мелькнула ярость. Она, однако, сдержалась и даже выдавила из себя саркастическую улыбку.

– Ты не испортишь мне праздник, сынок.

В следующую секунду она махнула рукой в сторону коренастого крепыша с большими залысинами вокруг растрепанного чубчика.

– Пьер! Идите к нам. Я познакомлю вас с той самой девушкой, которая уберегла Ниццу от трагического происшествия.

Мужчина приветливо кивнул.

– Я именно к вам и иду! Причем как раз за этим знакомством…

Средних лет, неприметное лицо, заурядная одежда: недорогой, обтягивающий смокинг, очевидно извлеченный из многолетнего заточения в кладовке, разношенные повседневные туфли, пластмассовые электронные часы.