Лабутены для Золушки

Рон перебрался на платформу и принимал товар, заблаговременно, на перевалочной базе обвязанный в несколько слоев мешковиной. Отдельным, более коротким, с ровными очертаниями, свертком – оружие. Потом поднялся наверх, вместе с двумя помогавшими ему матросами выгрузил бивни на палубу.

– Говорили, вас пятеро было, – поинтересовался один из матросов. – Где остальные?

– Остальным не повезло, – ответил Рон.

– Ну, Африка – она такая, – услышал Самуил то, что уже познал на собственной шкуре. – Ставь хоть на черное, хоть на красное, цена проигрыша всегда предельна, а выигрыш частенько неочевиден.

Лифт спустился за Луисом и Самуилом. Они пожали руку Мистеру Коку, перебрались на деревянную платформу и поднялись на борт «Морской звезды».

Матросы, принимавшие контрабандистов, с помощью канатов найтовали дощатую платформу к стойкам подъемника. Тот, что стоял лицом, сдержанно кивнул. Самуил ответил тем же, Луис решил не затрудняться. Вот и все приветствия. За стеклом возвышавшегося над палубой капитанского мостика, сквозь блики проступала человеческая фигура в фуражке и рубашке с коротким рукавом – видимо, капитан. Остальной команды видно не было. Им ясно давали понять: вы здесь люди до того случайные, что, считайте, невидимые, как какие-нибудь жучки или грызуны, пробравшиеся на борт во время стоянки.

За две ходки они перетащили слоновью кость в трюм. Люк над ними захлопнулся. Недолюбливавший замкнутых техногенных пространств Самуил прислушивался, но звука закрывающегося замка не услышал. Уже легче. Опять же, оружие с ними.

«Морская звезда» везла семь тысяч тонн кофе. Спальные места представляли из себя мешки, сложенные в два ряда двумя слоями в закутках между забитыми под потолок стеллажами.

– Еще не все, – подмигнул Самуилу Луис. – Придется еще немного потаскать, – он кивнул на мешки. – Нужно спрятать товар.

Втроем они оборудовали тайник, надежно загородив мешками сгруженные к обшивке судна свертки.

– Жди нас, Антверпен, – пропел Рон, заваливаясь навзничь на спальное место под одним из фонарей, освещавших трюм.

Луис и Самуил последовали его примеру.

Примерно через час к ним спустился капитан. Худощавый усач с непроницаемым скуластым лицом.

– Еду вам будут приносить трижды в день, – обратился он сразу ко всем троим, остановившись в проходе между стеллажами и закинув руки за спину размашистым жестом хозяина. – В ночное время можете пользоваться туалетом и душевой наверху. Днем прошу на палубе не появляться. К вашим услугам гальюн в кормовой части трюма. Никаких выяснений отношений, пьянок и порчи имущества. За нарушение дисциплины вы будете лишены еды на срок от одного, до трех дней в зависимости от тяжести проступка и заперты в трюме до порта назначения.