Лабутены для Золушки

Теперь он перешел к Коджо и Отино. – Не нужно сильно трясти, вы вымываете породу, а без нее ваша обезьянья возня никому не нужна!

Коджо кивает, Антуан отдает ему лоток, и резко разгибается.

– Давай, давай, вот так! – приговаривает он, глядя, как Отино старается повторять его движения. – Старайтесь, скоро вы получите своих коров!

Антуан, выбрался из реки. С его волосатых ног стекает мутная красноватая вода.

– Бараны! Они не понимают, что от них требуется! Или не хотят понимать!

– Старайся аккуратно, они ведь не виноваты… Надо терпеливей…

– Я и так сдерживаюсь, – ответил Рафаил. – Конфликт не нужен: или мы их перестреляем или они нас прирежут…

И тихо, но уверенно, добавил:

Самуил пропустил это замечание мимо ушей.

– Месторождение где-то поблизости, – обычным тоном сказал Рафаил.

Быстров молча кивнул. Не зря они топчут джунгли, опасаются змей, крокодилов, отстреливаются от юка-юка. Среди частиц, остающихся в осадке на дне кюветы, все чаще попадаются зеленоватые кристаллики кимберлита, верного спутника алмазов. Несколько месяцев геологический демон, в которого полушутливо полусерьезно верят и француз, и русский, таскал их кругами, уводил от алмазов. Пробы показывали нарастающие объемы кимберлита в каком-нибудь направлении, экспедиция бросалась туда в предвкушении успеха – но через несколько переходов пробы пустели, кимберлит пропадал. Но теперь Архангелы чувствовали – удача близка. Объемы нарастают уже не первую неделю, и абсолютные показатели радуют, как никогда.

Антуан заглянул в кювету для просушки образцов, удовлетворенно хмыкнул.

– Давайте, обезьяны, мы уже близко! – крикнул он весело. – Эти камешки всем нам подарят новую жизнь! У меня будет столько еды, коров и женщин, что мне хватит до самой смерти – лет эдак в восемьдесят пять, в объятиях очередной красавицы, накормившей меня слишком жирным творогом, приготовленным из молока моих собственных коров!

Черные работники вряд ли поняли все, что сказал Антуан, хотя суть наверняка ухватили – работа пошла бодрей, по крайней мере на какое-то время.

Но что это? Какое-то движение в реке привлекло внимание Дмитрия. Он всмотрелся внимательней. Вода морщится, остаются длинные «усы», похоже, нечто быстро и с опасной целеустремленностью плывет к берегу…

Блокнот и карандаш полетели на землю, Самуил вскочил, подхватывая карабин. Не разобравшись до конца в ситуации, он понял одно: в глубине буро-красных вод к чернокожим работникам стремительно двигалось большое и опасное существо! Он вскинул оружие.

– Бах! Бах! Бах! Бах!

У MAS высокая скорострельность и сейчас она пригодилась.

– Бах! Бах! Бах! Бах!

Карабин нервно дергался, выбрасывая быстрые злые пули.