Лабутены для Золушки

 – Волшебство исчезает, одинокие Золушки возвращаются с бала пешком»…

Она печально вздохнула и двинулась туда, куда указал таинственный спаситель. Идти, впрочем, действительно было недалеко. Завернув за угол, Кира увидела знакомое здание и вывеску «Маджестик».

Парковка перед отелем была забита сверх обычного. Машины стояли в два ряда, второй ряд намертво запирал первый.

«Журналисты! – догадалась Кира. – Падальщики… Ждут очередной сенсации – моего трупа!»

Ее опознали не сразу. Похоже, никто не ждал, что похищенная вернется вот так – тихо и в одиночестве, без полицейских мигалок. Кира успела уже подумать, что удастся проскользнуть незамеченной, но миновать лестницу все-таки не успела. Из двери-вертушки выскочил навстречу человек с массивным телевизионным микрофоном, следом за ним второй, с кинокамерой на плече.

– Я не верю своим глазам! – кричал телевизионщик в микрофон. – Это она! Королева бала, босая и оборванная, самостоятельно возвращается в отель!

И тут уже захлопали дверцы припаркованных машин, со всех сторон бросились люди с камерами и дикрофонами, обрушив на свою жертву залп вопросов.

– Что за чудесное возвращение?

– Расскажите, как вам удалось спастись?

Она ускорила шаг, но на пути успели выстроиться высыпавшие из холла папарацци. Они стояли плечом к плечу – монолитно, как римская фаланга.

– Мадемуазель Быстрова, два слова, у нас прямой эфир! Вам не причинили вреда?

– Где вы провели прошлый день?

Стрекот фотокамер напоминал звук огромной швейной машинки.

– Потом, господа, потом! – прорвав ряды журналистов, Кира оказалась в холле и припустила со всех ног к лифту.

Служащие отеля приветствовали ее восторженно.

– Мадемуазель Кира! С возвращением!

– О, Дева Мария! Это чудо!

Упитанная дама за стойкой вытирала слезы умиления. Кто-то аплодировал. Кто-то снимал ее на камеру телефона. Выскочив к толпе преследователей, администратор раскинул руки.

– Спокойней, господа журналисты! Уважайте личное пространство!

Через пару минут она стучала в дверь своего номера, не слыша звука, издаваемого побелевшими костяшками пальцев.

– Кто? – раздался через некоторое время недовольный голос Андрея.

Дверь распахнулась. Одетый в джинсы и мятую футболку, Андрей смотрел на нее с откровенным изумлением, как на призрака.

– Это я, я! – повторила она, почему-то испытывая раздражение. – Или ты ждешь кого-то другого?! Почему ты вообще сидишь в номере, как ни в чем не бывало?!

Он обнял ее и прижал к себе, Кира почувствовала, как ее тело обмякло. По щекам потекли слезы.

– Но что я могу сделать? Я говорил с полицией меньше часа назад, они сказали, что на след похитителей выйти, пока, не удалось. А тут ты стучишь в дверь…

Она вошла в номер, Андрей запер дверь на ключ и зачем-то посмотрел в глазок.