Жемчужина Лабуана

– И в твоих, – ответил португалец со вздохом. – Но пока что бесполезно говорить об этом. Поищем речку, чтобы убедиться, что все Прао на месте.

– Да, пошли, – сказал Сандокан. – С таким подкреплением я чувствую себя способным броситься на завоевание всего Лабуана.

Следуя за Параноа, они выбрались на берег и пошли по той самой тропинке, которую малаец обнаружил несколько часов назад.

Когда они добрались до берега маленькой бухты, уже несколько часов как спустилась темнота.

Параноа и Сандокан двинулись к последним скалам и начали внимательно осматривать темный горизонт.

– Смотрите, капитан, – сказал Параноа, показывая Тигру на светящуюся точку, едва различимую, которую можно было принять за звезду.

– Это фонарь нашего прао? – спросил Сандокан.

– Да, капитан. Видите, он движется к югу.

– Какой сигнал ты должен дать, чтобы судно приблизилось?

– Зажечь на берегу два костра, – отвечал Параноа.

– Пойдем на крайнюю оконечность этого маленького полуострова, – сказал Сандокан, – и дадим сигнал изменить курс.

Они углубились в настоящий хаос небольших скал, покрытых обломками раковин и кучами водорослей, и вскоре добрались до крайней точки уходящего в море мыска.

– Зажжем костры здесь, – предложил Янес. – Ориентируясь по ним, судно сможет войти в бухту без опасности сесть на мель.

– Мы велим ему подняться вверх ближе к речке, – сказал Сандокан. – Я хочу укрыть его от глаз англичан.

– Я тоже так подумал, – подхватил Янес. – Мы спрячем его в болоте среди тростника, прикрыв ветками и сняв предварительно мачты и снасти. Эй, Параноа, сигналь!

Малаец не терял времени. На окраине лесочка он набрал сушняка, сложил два костра, поместив их недалеко один от другого, и поджег.

Минуту спустя, пираты увидели, что белый фонарь на борту Прао исчез, и на его месте загорелся красный.

– Они нас увидели, – сказал Параноа. – Теперь можно потушить огонь.

– Нет, – возразил Сандокан. – Он поможет нашим людям держать правильный курс. Ведь никто из них эту бухту не знает?

– Значит, мы будем вести их.

Три пирата уселись на берегу, не сводя глаз с красного фонаря, который изменил направление и медленно двигался к ним.

Минут десять спустя корабль стал ясно заметен. Его огромные паруса были подняты, и слышалось, как вода журчит перед носом.

Проступая сквозь этот мрак, он казался гигантской птицей, скользящей по воде.

Он вошел в бухту и углубился в канал, ведущий к устью речки.

Янес, Сандокан и Параноа загасили костры и вернулись быстро назад, к берегам маленького болота.

Едва они увидели, что прао бросил якорь у густых тростников, как направились на борт.

При виде своих главарей экипаж готов уже был разразиться взрывом бурного восторга, но Сандокан жестом велел молчать.