Жемчужина Лабуана

Под каждым деревом на берегу сверкала вспышка, сопровождаемая звуком выстрела. Сотни и сотни пуль скрещивались в воздухе с жалобным свистом.

Точно черти, почерневшие в пороховом дыму, пираты, быстро заряжая и быстро стреляя, ни нам минуту не прекращали ответный огонь. Тремал Найк, Самбильонг, Танадурам и Айер-Дак подбадривали их словами и собственным примером.

Неожиданно с моря раздался громовой выстрел, сразу перекрывший треск ружейной пальбы. Это был голос пушки.

– Ага! – воскликнул Сандокан. – Добро пожаловать! Вот и флот раджи!

Большой корабль с белеющими в лунном свете парусами медленно входил в бухту, направляясь к острову; два фонаря, красный и зеленый, горели по его бортам.

– Эй капитан! – закричал чей-то испуганный голос. – У нас корабль за спиной!

– Ничего, ничего! Смелее, тигрята! Мы возьмем его на абордаж!

На носу корабля сверкнула новая вспышка, и снаряд достиг форта, разбив в щепы кусок стены.

– Это «Роялист»! – вскричал Сандокан.

И в самом деле, корабль, который подоспел на помощь нападавшим, был шхуной раджи Брука, которая в устье Саравака напала и потопила «Гельголанд».

– Проклятие! – зарычал Сандокан, сверля его ненавидящим взглядом. – Будь у меня хотя бы плохонький прао, я бы показал, как умеют драться тигры Момпрачема!..

Еще один выстрел прогремел с борта вражеского корабля, и новый снаряд проделал еще одну брешь в стене.

Тигр Малайзии издал крик боли и ярости.

– Все кончено! – воскликнул он. – Нас окружили.

Ураган картечи обрушился на защитников форта. Солдаты, скрывавшиеся до того за деревьями, высыпали на берег и открыли адский огонь. Лодки, которые держались на почтительном расстоянии, под прикрытием корабельной пушки двинулись вперед. Положение пиратов стало просто отчаянным. Они сражались с невероятным мужеством, но силы были слишком не равны.

В три часа ночи к нападавшим подоспела новая подмога. Это была яхта, вооруженная одной, но тяжелой пушкой, которая тут же открыла огонь по уже разрушенной во многих местах стене форта. Ничто не мешало теперь атакующим ворваться в него.

– Это конец! – сказал Сандокан, который с искаженным от бешенства лицом смотрел на приближающегося врага. – Тигр обложен со всех сторон.

В четыре часа утра в форте оставалось только семь человек: Сандокан, Янес, Тремал Найк, Ада, Самбильонг, Каммамури и Танадурам. Они оставили изгородь, уже не представлявшую никакого укрытия, и отступили в сарай, часть которого тоже была разрушена канонадой с «Роялиста» и яхты.

– Сандокан, – сказал Янес, улучив момент, – мы не можем больше сопротивляться.

– Пока у нас есть порох и пули, мы не сдадимся, – отвечал Тигр Малайзии, глядя на лодки, которые, причалив к берегу, уже начали высадку солдат.

– Но мы не одни, Сандокан.