Жемчужина Лабуана

– Двенадцать, если считать с нашим Самбильонгом.

Сандокан быстро дошел до лагеря и приказал собрать всех. Через минуту все до единого пираты собрались вокруг него.

– Приготовьте оружие, – приказал он.

– Сударь! – крикнул Джеймс Брук, сидящий у подножия дерева под охраной Айер-Дака. – Вы хотите убить безоружных?

Сандокан обернулся к англичанину.

– Джеймс Брук, – сказал он веско, – Тигр Малайзии держит свое слово. Через пять минут вы будете свободны.

– Кто идет? – крикнул в этот момент часовой, стоявший в двухстах метрах от траншеи.

– Друзья! – ответил хорошо знакомый голос Самбильонга. – Опустите ружья.

Воскрешение Тремал Найка

Небольшой отряд вынырнул из глубины леса. На поляну вышли Самбильонг, офицер гвардии раджи, десять безоружных индийцев и Янес, руки которого не были связаны.

Увидев друга, Сандокан был не в силах владеть собой. Он бросился навстречу и, отстранив индийцев, охранявших его, судорожно прижал португальца к груди.

– Янес!.. Брат мой!.. – вскричал он, задыхаясь от радости.

– Сандокан, дружище, наконец-то я снова тебя вижу! – вскричал храбрый португалец, который был не менее взволнован. – Черт побери! Я думал, что никогда уж больше не обниму тебя!

– Мы не расстанемся отныне, друг мой, клянусь тебе!

– Надеюсь, дружище. Тебе пришла блестящая идея захватить в плен раджу. Я всегда говорил, что ты великий человек. А что Тремал Найк? Где этот бедный индиец?

– В нескольких шагах от нас.

– Все еще безумна, но непременно придет в себя.

– Сударь, – прозвучал в этот миг чей-то голос.

Сандокан и Янес обернулись. Перед ними стоял Джеймс Брук, чуть бледный, но спокойный, со скрещенными на груди руками.

– Вы свободны, Джеймс Брук, – сказал Сандокан. – Тигр Малайзии держит свое слово.

Раджа слегка поклонился и отошел на несколько шагов. Но вдруг остановился и повернул назад.

– Еще два слова, – сказал он. – Когда мы снова увидимся?

– Реванш? – спросил Сандокан с иронией.

– Джеймс Брук никогда не сдается.

Сандокан пристально смотрел на него несколько мгновений, словно удивленный, что человек в таком положении еще осмеливается бросать ему вызов. Потом протянул руку к морю и сказал тоном, заставлявшим трепетать и не таких смельчаков:

– Вон там мой остров. Он называется Момпрачем. Море, которое его окружает, еще краснеет от крови и полно разбитых кораблей. Если вы когда-нибудь приблизитесь к этим берегам, вы услышите рычание Тигра, а его тигрята двинутся вам навстречу. Имейте в виду, Джеймс Брук, что этот Тигр и его тигрята питаются кровью.

– И все-таки я навещу вас там.

Улыбка промелькнула на губах пирата.

– Не слишком ли долго ждать? – сказал он.

– Почему? – удивленно спросил раджа.

– Потому что тогда вы уже не будете раджой Саравака.