Жемчужина Лабуана

Заметь точно по своим часам минуты и секунды, когда услышишь этот крик. Затем отсчитай шесть часов и за десять секунд до их истечения назначь бросить нас в море. Проследи, чтобы нас бросили без ядра на ногах и не в мешке. Далее, постарайся бросить вслед за нами спасательный круг и, если сможешь, спрячь какое-нибудь оружие под нашей одеждой. Ты все запомнила?

– Да, Сандокан, я запечатлела каждое твое слово в своей памяти. Но куда ты потом направишься?

– Я уверен, что Янес следует за нами и нас подберет. Вместе мы снарядим новые корабли и придем освободить тебя. Даже если мне придется предать весь Лабуан огню и истребить на нем всех до единого, я верну тебя, любимая моя.

Он порывисто обнял ее и крепко прижал к своей мощной груди.

– Будь проклят тот день, когда я назвался Тигром Малайзии, – воскликнул он с горечью. – Будь проклят тот день, когда я стал мстителем и пиратом, вызвав к себе ненависть человеческую. Как ужасный призрак, она встала между мной и тобой! Если бы я никогда не проливал кровь, я не был бы сейчас пленником на борту этого судна, меня не волокли бы на виселицу, не разлучали с женщиной, которую я так неистово, так безумно люблю!

– Сандокан!.. Не говори так!

– Да, ты права, Жемчужина Лабуана. Дай полюбоваться тобой в последний раз, – сказал он, видя, что лейтенант встал и делает ему знак, что время свидания истекло.

Он приподнял светловолосую голову Марианны и крепко поцеловал ее в губы, вложив всю свою страсть в этот долгий поцелуй.

– Как я люблю тебя, милая моя! – воскликнул он вне себя. – И мы должны разлучиться!..

Он удержал стон и удержал слезу, которая готова была проползти по его смуглой щеке.

– Иди, Марианна, иди, – сказал он резко. – Если ты останешься, я заплачу, как мальчишка.

– Сандокан!.. Мой Сандокан!

Пират закрыл глаза ладонью и сделал два шага назад.

– Ах! Сандокан! – воскликнула Марианна в отчаянии.

Она хотела броситься к нему, но силы изменили ей, и она упала на руки подошедшего лейтенанта.

– Идите же! Ступайте немедленно! – закричал Тигр Малайзии, отворачиваясь и закрывая лицо.

Когда он повернулся, люк уже был опущен, и прекрасное голубое небо исчезло за ним.

– Все кончено, – печально произнес он. – Остается последнее средство.

Он сел у подножия лестницы, закрыв лицо руками, и оставался в таком положении почти час, когда Джуйоко вырвал его из этого немого отчаяния.

– Капитан, – сказал он. – Взбодритесь, не будем отчаиваться. Пора подумать о бегстве.

Сандокан поднялся с энергичным жестом.

Он достал коробочку, вынул из нее две пилюли и протянул одну даяку.

– Нужно проглотить ее по моему сигналу, – сказал он.

– Сейчас примерно семь. Через шесть часов мы вернемся к жизни в свободном море.

Он закрыл глаза и проглотил пилюлю. Джуйоко сделал вслед за ним то же самое.