Лабиринты Ехо. Том 1

– Ни за что! А за это ты не забудешь позвать меня в «Трехрогую луну». Иначе я страшно разгневаюсь и сам разыщу таинственный сундук капитана Кидда. И заберу его себе, так и знай.

– О каком капитане Кидде вы говорите? Моего деда звали Зохма Пу.

В Доме у Моста было не так людно, как в полдень, но все еще вполне весело. Еще в коридоре я услышал эпический рев генерала Бубуты.

– Бычачьи сиськи! Мне тут собственного дерьма хватает, а эти говнюки все прут и прут сюда со всего Мира! Давно пора сделать Ехо закрытым городом! Ничего, вы у меня тут дерьма хлебнете, это я вам обещаю!

К моему бесконечному изумлению, вопли доносились с нашей половины Управления, а не с Бубутиной заповедной территории.

«Вот, сейчас зайду в кабинет Джуффина, а там сидит Бубута, – мрачно подумал я. – И считается, что он и есть – Господин Почтеннейший Начальник Малого Тайного Сыскного Войска. Наверное, именно так и сходят с ума. Сначала все хорошо, а потом – хлоп! – и начинается всяческий бытовой сюрреализм, ни с того ни с сего!»

Смех смехом, но когда я открывал дверь Зала Общей Работы, мне хотелось зажмуриться и заорать: «Джеронимо!» – на манер американских десантников, сигающих с небес навстречу неизвестности. Меня не покидало ощущение, что я с головой ныряю в иное измерение, в некий невероятный мир, логика которого допускает активное присутствие генерала Порядка Бубуты Боха на территории Тайного Сыска, а значит – вообще все, что угодно.

Впрочем, в Зале Общей Работы царила настоящая межведомственная идиллия. Сэр Мелифаро, одетый в ослепительно-бирюзовое лоохи, торжественно передавал в объятия возбужденного Бубуты полдюжины перепуганных преступников, чьи экзотические шаровары указывали на иноземное происхождение заблудших душ. Грозный генерал Бох прилагал все усилия, чтобы горемычные чужестранцы немедленно узнали почем фунт нашего местного лиха и испугались еще больше. Дверь в кабинет Джуффина была слегка приоткрыта. Шеф, как я понимаю, вовсю наслаждался концертом.

Но я испортил им удовольствие. Увидев меня, Бубута смущенно закашлялся, заткнулся и попытался придать своей бармалейской роже максимально интеллигентное выражение. Вообще-то, он уже давно мог бы заметить, что я не начинаю плеваться ядом всякий раз, когда в моем присутствии употребляют не совсем корректные выражения. Но привычка – страшная сила.

– Хороший вечер, сэр Макс.

Бубута поздоровался почти шепотом. Я открыл было рот, чтобы повторить эту бытовую мантру, но вместо меня высказался Друппи. Он звонко гавкнул. От неожиданности Бубута подпрыгнул чуть ли не до потолка, арестованные дружно взвизгнули, а Мелифаро со стоном повалился в кресло, не в силах больше сдерживать смех – все это действительно было немного слишком.

– Тихо, милый.