Лабиринты Ехо. Том 1

Не знал, очевидно, что наш монарх – великий любитель живой природы.

У ног арварохского посла лежало оружие, позади стояла свита – целая сотня могучих воинов в одинаковых негнущихся плащах и мягких сапожках, такие же светловолосые, желтоглазые и нечеловечески красивые, как и он сам. Придворные глазели на них с доброжелательным любопытством.

Сэр Джуффин Халли едва заметным жестом поманил меня за собой. Мы заняли место слева от Королевского кресла, полагающееся нам по регламенту. Справа от трона было тесно: там толпились многочисленные вельможи. А рядом с нами стоял только один господин средних лет в бело-голубом лоохи, свидетельствующем о его принадлежности к Ордену Семилистника, Благостному и Единственному. Он едва заметно поклонился нам с Джуффином – более плотное общение в данных обстоятельствах не допускалось правилами придворного этикета.

Наконец в зал вошел наш недавний собеседник. Неторопливо взобрался по драгоценной лестнице к своему трону, каковой чуть ли не на несколько метров возвышался над полом, успел сочувственно улыбнуться нам с Джуффином и торжественно воссел на престол. Его лицо стало непроницаемой ледяной маской величия и скуки.

– Я приветствую тебя, чужеземец, – король говорил с Алотхо, едва размыкая губы. – Поведай нам, кто ты и какого рода дела привели тебя к моим ногам?

Парень опустил голову, изображая почтительный поклон, а потом снова завел свою давешнюю волынку:

– Я – Алотхо Аллирох из клана Железнобокого Хуба, владыка Алиурха и Чийхо, Грозноглядящий Повелитель двух полусотен Острозубов, могучий и верный воин Тойлы Лиомурика Серебряной Шишки, Завоевателя Арвароха, повелевающего им до пределов Мира, Поливальщик Царского Дерева Пряных Цветов, Хранитель столовых ковров, Подающий третью чашу на Пиру Новолуния после супруги и Старшего Виночерпия, бессменный Кормчий Царской Лодки на озере Улфати, имеющий право носить костяные башмаки на иглах Зогги, Запирающий Царские покои Владыка полусотни связок ключей, Начальник расправы над Исисоринами, Говорящий девятое и двенадцатое слово во время Царской Игры в Лауни, Убивающий птицу Кульох двумя взглядами, одним ударом и одной хитростью, Вносящий три горсти монет в гробницу Кварги Ишмирмани, Разводящий огонь под царским котлом для Ватлы, Владеющий наречием Моринов, съедающий свинью Маюши в два с половиной присеста и сложивший два раза по два полудесятка песен о своих великих подвигах.

«С ума сойти, какая важная персона! – Джуффин не выдержал и послал мне зов. – Нам с тобой такие чины не светят, мой бедный сэр Макс».

«Вчера их было раза в три меньше, – наябедничал я. – Наверное, парень всю ночь сочинял продолжение».