Лабиринты Ехо. Том 1

Видишь вон ту дверь? Там – холл, если ты еще не забыл. В холле стоит жаровня, здоровенная такая. Просто принеси ее сюда и сложи на нее все, что в данный момент стоит на столе. Ты тоже не надорвешься, надеюсь.

– Да нет, ничего страшного, – растерянно согласился обнаглевший было, а теперь снова поникший гость.

Я одобрительно кивнул и пошел умываться. Мое хорошее настроение было несокрушимо.

Когда я вернулся в гостиную, мой несчастный посетитель брезгливо перекладывал грязную посуду на толстый лист легкого металла. На его лице застыло оскорбленное выражение. Кроме того, при таких темпах он мог бы продолжать до позднего вечера. Я вздохнул и одним движением смел на жаровню остатки начинающегося беспорядка. Потом лихо прищелкнул пальцами правой руки – этому фокусу я научился совсем недавно и не упускал возможности сорвать аплодисменты. Горка предметов на жаровне задымилась, позеленела и исчезла, к моему неописуемому облегчению.

– Вот так! – гордо сказал я.

– Это Запретная магия? Караул! Ну ты лихо зажигаешь, парень! Все могут расслабиться, – уважительно отозвался единственный свидетель моего скромного чудотворства.

– Ты не врубаешься, – ухмыльнулся я. – Ничего запретного. Обыкновенная ловкость рук.

В дверь постучали.

– Отлично, – сказал я. – Это или сэр Макс, в чем я сильно сомневаюсь, или моя утренняя порция камры, на что я надеюсь. Сейчас посмотрим.

Мой гость приосанился, оправил складки лоохи. «Героический народ эти журналисты. Даже такого монстра, как я, не боятся», – одобрительно подумал я и пошел навстречу своему завтраку.

Разумеется, мне пришлось разделить камру и печенье с Андэ. Впрочем, для него мне ничего не было жалко, – парень так понравился Элле! Но кажется, он собирался сидеть в гостиной до конца своей непутевой жизни, а мне пришла пора идти на службу. Бедняга сам напрашивался на душевное потрясение.

Покончив с завтраком, я отправился наверх, где не без некоторого злорадства закутался в Мантию Смерти. Если уж из тебя сделали страшилище, надо постараться получить от этого максимум удовольствия. Примерно так я думал, спускаясь вниз.

– Ой, как же я не впилил! – с испуганным энтузиазмом заявил Андэ. – Так это ты… вы и есть сэр Макс? Я могу расслабиться! Полный конец обеда!

Я расхохотался. Эта его фразочка насчет «конца обеда» была чудо как хороша. К тому же жизнерадостное нахальство журналиста бальзамом пролилось на мое бедное сердце, основательно измученное робкими взглядами и опасливым молчанием горожан.

– Теперь-то врубился? – улыбнулся я. – Ну, что ты там хотел узнать про моих кошек? Только быстро, мне пора на службу.

– Кошки смертельные! – уважительно откликнулся Андэ. – Ну, я пойду, пожалуй, если вы спешите.