Лабиринты Ехо. Том 1

 – Между прочим, разбить такую толстенную бутылку действительно надо уметь. Так тебя поцарапало осколком?

– Ну не брызгами же! – буркнул я, осторожно ощупывая неприятно саднящую царапину.

– Это хорошая примета, Макс, – Анчифа так обрадовался, что я невольно заулыбался в ответ.

– Ну, если хорошая, тогда ладно. Пусть будет.

– Знаешь что? Раз уж так вышло, тебе непременно нужно потереться щекой о палубу, – посоветовал Анчифа. – Если ты угостишь старика «Фило» своей кровью, он решит, что теперь ты его близкий родственник. И тогда тебя совсем не будет укачивать, даже после того, как мы выйдем в море. Когда кто-нибудь из новичков приползает ко мне на карачках и вопит, что готов скормить свою пропащую задницу голодным рыбам, лишь бы не оставаться на этой вертлявой лоханке, я заставляю его угостить «Фило» несколькими каплями своей крови, и все как рукой снимает. У этого красавца свои причуды, а поскольку в море он настоящий хозяин ситуации, лучше делать, как он хочет.

Я подозрительно покосился на Анчифу. Вообще-то, от его слов здорово попахивало дурацким розыгрышем, вполне во вкусе сэра Мелифаро-младшего. Но капитан выглядел серьезным, как какое-нибудь медицинское светило в конце продолжительного консилиума. Я рискнул поверить ему на слово и послушно улегся на палубу. Прижался раненой щекой к холодному, влажному дереву, и мне тут же стало тепло и спокойно, словно бы я вдруг вернулся домой и забрался под меховое одеяло Теххи. Удивительно приятное чувство.

– Эй, сэр Макс, ты что, заснул? – Анчифа нетерпеливо потряс меня за плечо. – Вот уж не думал, что ты можешь уснуть на голой палубе. Да она еще и мокрая к тому же.

– С чего ты взял? – удивился я.

– А что прикажешь думать, если человек ложится на палубу и чуть ли не четверть часа валяется, как пьяный покойник?

– Четверть часа? – изумился я.

– Почти, – подтвердил он.

– Мне показалось, что прошло всего несколько секунд.

– Ну, значит, ты действительно заснул, – усмехнулся Анчифа. – Вот теперь я верю, что ты такой грозный колдун, как рассказывает мой братец. Я только не могу понять, в чем, собственно, заключалось чудо: в том, что ты так лихо напился с одного глотка, или в том, что так быстро освоился на моем корабле?

– Никаких чудес, просто я действительно хочу спать. Пожалуй, продолжу это увлекательное занятие в своей каюте, – зевнул я. – Доброй ночи. И спасибо за твои хорошие приметы, сэр Анчифа.

– Пожалуйста. Между прочим, без хороших примет я бы уже давным-давно лежал на дне Укумбийского Моря или какого-нибудь другого водоема, – совершенно серьезно сказал он.

Я действительно отправился в каюту и с удовольствием вытянулся на непривычно узком, но очень мягком толстом ковре, которому предстояло какое-то время считать себя моей кроватью.