Лабиринты Ехо. Том 1

– Давай, сэр Макс, вываливай свой трофей. – Джуффин гостеприимно пропустил меня в маленький полутемный морг.

Его хорошее настроение было несокрушимо. Более того, оно с каждой минутой становилось все лучше, хотя мне уже давно казалось, что дальше некуда.

Я встряхнул рукой, и тело несчастного слепого рухнуло на каменный пол. Джуффин присел на корточки, снял с мертвеца темные очки, внимательно на них посмотрел, удовлетворенно хмыкнул и покосился на меня, как на новый экспонат в городском зоопарке.

– Так что ты там говорил насчет своей руки, Макс? «Сама дернулась»?

– Да, – сокрушенно подтвердил я.

– И теперь тебя терзает чувство вины, – с деланым сочувствием продолжил Джуффин. – Ладно уж, сейчас я тебя от него избавлю. Смотри.

Он осторожно разжал сведенные судорогой пальцы трупа и извлек из его кулака длинную тонкую булавку. Торжествующе обернулся ко мне и многозначительно помахал своей находкой перед моим носом. От булавки исходил тонкий аромат хороших духов.

– Понимаю, что выглядит несколько несолидно, тем не менее в умелых руках это смертельное оружие. Безделушку смазали ядом Шойсс – чувствуешь запах? Его ни с чем не спутаешь. Когда-то придворные медики Королей Древней династии составляли сей шедевр из дюжины тысяч ингредиентов, исключительно для нужд своих повелителей. Остатки этой исторической роскоши до сих пор обнаруживаются в самых неожиданных местах – к моему величайшему сожалению. Иглу, смазанную ядом Шойсс, нужно вонзить точно в основание шеи. Это обязательно, в противном случае яд редко приводит к смертельному исходу, разве что подвернется какой-нибудь бедняга с совсем уж слабым здоровьем. Но если удастся попасть точно, жертва не просто умрет. Тело несчастного тут же исчезнет – вместе с одеждой и сапогами, вот что самое удивительное.

– Ничего себе! – охнул я. – И что, предполагалось, что я тоже должен исчезнуть? Какая прелесть.

– Вот так-то, – вздохнул Джуффин. – Твое мудрое сердце почуяло беду, а твоя замечательная рука сама с этой бедой справилась, пока ты топтался на месте, пытаясь сообразить, что происходит. Потрясающе! Если бы я все еще был Кеттарийским Охотником, я бы, пожалуй, согласился взять тебя в ученики.

– А вы и так уже успели угробить хрен знает сколько времени и сил на то, чтобы чему-то меня научить, – улыбнулся я.

– Разумеется. Но я уже давно не Кеттарийский Охотник, а всего лишь господин Почтеннейший Начальник. Это сделало меня гораздо менее требовательным.

– Надо говорить «па-а-ачетнейший». У вашего дворецкого это здорово получается.