Лабиринты Ехо. Том 1

Я внезапно понял, даже вспомнил, что никакого дерева здесь не было, только густая красноватая трава, на которой, наверное, чертовски приятно лежать. Я с трудом поборол искушение улечься, закрыть глаза и забыть обо всем – о жизни и смерти, об охоте на Гленке Тавала, о необходимости возвращаться домой и о себе. О себе – в первую очередь.

– Ты сказал, что хочешь меня увидеть, – напомнил голос. За что ему, конечно, большое спасибо.

– Ну да. Дерева больше нет, но и вас тоже не видно. Или вы – трава? – удивился я.

– Нет, не трава. Просто я снова стою у тебя за спиной. Ты не станешь возражать, если я еще некоторое время не буду тебе показываться? Мне пока не хочется, чтобы ты на меня смотрел.

– Ладно, – великодушно согласился я. – У каждого свои причуды. Но все-таки было бы неплохо узнать, с кем я разговариваю. Кто вы?

Я устало опустился на траву. Сонная одурь, хвала Магистрам, прошла, а вот ноги гудели, как после интенсивных занятий на беговой дорожке.

– Я назовусь немного позже, если не возражаешь. Ты ведь меня не боишься?

Я проанализировал свои ощущения и честно ответил:

– Вроде бы нет.

– Это хорошо.

– Конечно, хорошо, – усмехнулся я. – Если я испугаюсь, я начну делать глупости. А Темная Сторона – не совсем подходящее для этого место, я правильно понимаю?

– Правильно.

– А что вы, собственно, от меня хотите? – с любопытством спросил я. – Или просто соскучились по обществу?

– Да нет, не соскучился. Мне действительно кое-что от тебя нужно. И я хочу, чтобы сначала ты вспомнил одну историю – так, сущие пустяки, – в качестве эпиграфа к моей просьбе.

– Что я должен вспомнить?

– Толстую книгу в темно-синем, почти черном переплете. Вернее, две книги, совершенно одинаковые с виду, только номера на корешках разные. Они стояли рядом на книжной полке в доме твоих родителей, слишком высоко, чтобы ты мог до них дотянуться. Но ты залез на стул и все-таки добрался до них, когда тебе было лет девять или даже меньше – помнишь?

– Двухтомник Герберта Уэллса! – Я рассмеялся от неожиданности. – Конечно, помню. Не девять, нет. Семь с половиной – вот сколько мне тогда было. А почему вы спрашиваете? Вы, часом, не призрак автора?

– Еще чего не хватало.

– Ладно, уже легче. А что за страшная тайна связана с этими книжками?

– Не страшная. Хорошая тайна, – поправил меня незнакомец. – Там был один рассказ, который, собственно, и послужил причиной того, что ты сейчас находишься здесь. Он изменил твою жизнь – полностью, кардинально. История про зеленую дверь в белой стене. Ты помнишь?

– Помню, – согласился я. – Еще бы я не помнил.

– И я тоже помню.