Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Карантинщик с синим предметом тут же встал над шизом и приставил ему к затылку трубку.

– Постарайтесь не двигаться, – посоветовал он… то есть она. Это была женщина, и ее голос, искаженный респиратором, прозвучал даже неприятнее, чем у ее коллег-мужчин. – Не то лишитесь какой-нибудь части тела.

Что бы это значило? – успел подумать Томас, и тут женщина нажала на кнопку. Из трубки потек синий гель. Вязкий, он окутал сначала голову зараженного, лицо, не дав закричать, затем шею и плечи. Двигаясь вниз по телу, гель застывал, и образовывалась полупрозрачная скорлупа. Всего за несколько секунд она покрыла половину туловища, заполнив каждую складку на коже и одежде, сковав движения больного.

Красный все это время смотрел на Томаса.

– Чего? – произнес тот в ответ на взгляд патрульного.

– Впечатляет, правда? – сказал Красный. – Смотри и наслаждайся. Когда шоу закончится – пойдешь со мной.

Глава тридцать первая

Сердце оборвалось."

"Патрульный перевел полный садистского блеска взгляд на задержанного – гель к тому времени схватился уже на ногах, заковав несчастного в пластиковый панцирь. Карантинщица выпрямилась. Пустой пакет из-под геля, который Томас поначалу принял за некую разновидность оружия, она сложила и спрятала в карман комбинезона.

– Забираем его, – сказала женщина.

Когда задержанного подняли с пола, Томас вновь посмотрел на патрульного. Тот следил за выносом живого груза. Что, черт возьми, он имел в виду? Куда он поведет Томаса? Зачем? Если бы не пистолет, Томас давно бы сбежал.

Когда карантинщики наконец удалились, пришел Минхо. Он уже почти перешагнул порог кофейни, но тут Красный выхватил пистолет.

– Стой где стоишь! Не входи!

– Так он с нами, – указал Минхо на Томаса. – Нам пора идти.

– Никуда он не пойдет. – Патрульный вдруг замолчал, взглянул на Томаса, потом снова на Минхо и спросил: – Погоди-ка. Так ты тоже иммуняк?

Томас едва-едва успел испугаться за друзей. Минхо, моментально сообразив, что к чему, бросился бежать.

– Стой! – приказал Красный и ринулся к двери.

Вскочив с места, Томас приник к витрине: Минхо, Бренда и Хорхе, перебежав улицу, скрылись за углом. Красный сдался, не захотел преследовать их, а вернулся обратно в кофейню и навел пистолет на Томаса.

– За поведение твоего дружка мне следовало продырявить тебе глотку, и ты бы медленно истек кровью. Благодари Бога за то, что вы, иммуняки, такие ценные. Паршивый сегодня денек; я мог бы пристрелить тебя забавы ради.

Подумать только: Томас прошел невероятные испытания, а в конце совершил такой досадный прокол. Он даже не боялся – скорее был зол на себя самого.

– У меня день тоже прошел не лучшим образом, – пробормотал Томас.

– За тебя мне отвалят кучу бабок. Ничего личного, хотя ты мне с первого взгляда не понравился.