Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Не услышав ответа, Томас открыл глаза: парочка шепталась, перемежая слова поцелуями – и в желудке будто разлилась горящая нефть.

Он снова отвернулся и посмотрел на источник странного свечения: в стене пещеры пульсировал прямоугольник бледно-зеленого света, высотой в рост человека, фута четыре в ширину. По матовой поверхности этой мрачной двери в бездну, полную чего-то светящегося, опасного – может, даже радиоактивного, – скользили тени.

Заметив краем глаза, что парочка закончила миловаться и Тереза отошла от Эриса, Томас обернулся, понадеявшись, что она видит по глазам, какую боль причинила.

– Том, если тебе станет легче, мне и правда очень жаль, что я сделала тебе больно. В Лабиринте я действовала по необходимости. Дружба с вами казалась лучшим способом добыть воспоминания и код для побега. В пустыне выбора тоже не много. От нас требовалось привести тебя в эту пещеру, и все – тест пройден! Либо ты, либо мы!

Когда Тереза замолчала, Томас уловил странный блеск в ее глазах.

– Эрис – мой лучший друг, Том, – спокойно, обыденно сообщила Тереза.

И тут Томас не выдержал.

– Мне! Все! Равно! – прокричал он, прекрасно сознавая, что лжет.

– Кстати, если тебе не плевать на меня, то поймешь, почему я делаю все возможное, чтобы спасти Эриса. Ты бы сделал для меня то же самое?

Невероятно, какой далекой стала девушка, которую он считал некогда ближайшим другом. Ведь в воспоминаниях Томас всегда видел себя и ее вдвоем, вместе.

– В чем дело? Ты пробуешь все доступные способы, чтобы причинить мне боль? Лучше захлопни свою пасть и делай то, зачем пришла сюда!

Выплеснув ярость, Томас с трудом отдышался. Сердце так бухало в груди, что, казалось, вот-вот остановится.

– Отлично, Эрис, открываем дверь: Томасу пора.

Глава пятьдесят первая

Томас больше не хотел говорить ни с Терезой, ни с Эрисом, однако без боя сдаваться не собирался. Решил подождать удобного момента.

Пока Эрис присматривал за пленником, Тереза направилась к светящемуся прямоугольнику, на который Томас невольно засмотрелся.

На фоне двери ее фигура казалась размытым силуэтом, словно того и гляди растворится в воздухе. Наконец она покинула освещенную зону и в тени стала нажимать на какие-то кнопки. Похоже, прямо в стене у двери имелась консоль.

Закончив, Тереза обернулась."

"– Посмотрим, работает ли, – сказал Эрис.

– Работает, работает.

Раздался громкий хлопок, зашипело. Правый край стеклянной двери пришел в движение. Из постепенно растущего проема вырвались клочья белесой дымки, почти сразу же растворившись в горячем воздухе ночи, словно кто-то приоткрыл дверцу давно забытого холодильника. Стеклянный прямоугольник по-прежнему излучал бледное сияние, однако тьму внутри колодца за ним разогнать был не в силах.