Лабиринт Ванзарова

Что в переводе на уличный язык означало пятиэтажную ругань. Ванзарову было заявлено, что он не ценит родственные чувства, заставил печалиться Елизавету Федоровну. И особенно юную особу, которая так мечтала о встрече, что прочла все рассказы о Шерлоке Холмсе, чтобы разузнать приемы полицейского сыска. Под конец старший брат давал шанс искупить вину: прибыть сегодня в Сочельник на ужин. Иначе последствия будут ужасны. Вероятно, в первую очередь для Бориса.

Письмо Ванзаров аккуратно засунул в трубу самовара. Пригодится для растопки.

Около половины десятого раздался стук в дверь. Неужто доктор явился раньше намеченного срока? Начинать опыт без Лебедева не имело смысла. Ванзаров поднялся из-за стола и громко разрешил войти. Дверь распахнулась, раскрыв нежданного гостя. Пристав Хоменко вошел, снял шляпу, поклонился и огляделся с некоторым опасением. Будто попал в волчье логово.

– Никого нет, – подтвердил он очевидное, не опечалившись, что не застал чиновников.

– Отбыли на полицейский рейд, – сказал Ванзаров.

Лицо пристава отразило чувства, какие испытали его коллеги по Казанской части.

– Рейд? Сегодня? Ну-ну… – только сказал он.

– Господин Шереметьевский приказал устроить внезапную облаву… Вы, Николай Иванович, к господину Шумейко, наверное? Ищите его на Никольском рынке.

Пристав хмыкнул, будто смущенная барышня, и положил шляпу на стол того самого Шумейко, что сейчас мерз на Никольском, проклиная в душе своего начальника.

– Я к вам, господин Ванзаров, – сказал он тихо и загадочно.

– Ко мне? По какому же вопросу?

– Позвольте присесть…

Исполняя долг вежливости, Ванзаров предложил продавленный стул, на котором обычно размещались воры и преступники.

– Чем могу, Николай Иванович?

Хомейко закинул ногу на ногу и помалкивал, явно собираясь сделать то, что ему не слишком хотелось.

– Дело в том… Дело в том, – никак не мог начать он. – Дело в том, что я открыл дело об убийстве купца Морозова.

Для раннего утра новость была необычной. Трудно предположить, что Шумейко заставил пристава взять на свой участок убийство. Обменявшись взглядами, оба прекрасно поняли то, чего не сказали вслух. Чтобы не случилась неловкость. В полицейской службе часто так бывает: понимают друг друга телепатически.

– Что стало причиной? – напрямик спросил Ванзаров.

– Найден свидетель, – ответил пристав.

– Насколько помню, витрина магазина была закрыта ставнями с навесным замком. Кто-то сумел подсмотреть в щель? Видел убийство, не побежал за городовым, а утром сознался?

Пристав одобрительно кивнул.

– Понимаю ваши сомнения, господин Ванзаров. Но тут другое. Дворник рынка вышел ночью проветриться и заметил быстро удаляющуюся фигуру. Он окликнул, решив, что вор пожаловал.