Синий лабиринт

В лице кого-то, кто одержим жаждой мщения.

Он несколько раз судорожно вздохнул."

"– То, что совершил мой предок Езекия, было преступлением. Он создал эликсир, который на самом деле оказался ядом, вызывающим привыкание. И этот яд убил многих и разрушил жизнь их близких. Но это… случилось… так давно. – Пауза. – Я понимал, что происходит со мной, и ты это тоже поняла. Но в тот момент мне была невыносима твоя жалость. Те надежды, что я поначалу питал на излечение, быстро таяли. Я предпочитал не думать об этом. Тогда у меня и вылетели те отвратительные слова, которые я сказал тебе в музыкальной комнате.

– Пожалуйста, не надо об этом.

Он погрузился в молчание. В комнате стояла темнота, единственный свет исходил от медицинской аппаратуры, и Констанс не знала, заснул он опять или нет.

– Лилии начали гнить, – произнес он.

– Ах, Алоизий…

– В этом есть нечто более ужасное, чем боль. И это нечто – отсутствие ответов. Сложный заговор, который привел меня к Солтон-Си, имеет все признаки того, что организовал его Альбан. Но с кем он сотрудничал и почему его убили? И… как мне справиться с этим сползанием в безумие?

Констанс обхватила его ладонь обеими руками:

– Должно быть какое-то средство. Противоядие. Все вместе мы его найдем.

Пендергаст покачал головой:

– Нет, Констанс. Никакого противоядия нет. Ты должна уехать. Я улечу домой. Я знаю частных врачей, которые смогут обеспечить мне более или менее комфортное состояние, пока не наступит конец.

– Нет! – сказала Констанс громче, чем хотела. – Я тебя никогда не оставлю.

– Я не хочу, чтобы ты видела… меня в таком состоянии.

Она встала и наклонилась к нему:

– У меня нет выбора.

Пендергаст чуть шевельнулся под одеялом:

– У тебя всегда есть выбор. Пожалуйста, отнесись к моему желанию с уважением. Ты не должна видеть меня на смертном одре. Когда я стану таким, как тот человек из Индио.

Она медленно склонилась над распростертым на кровати страдальцем и поцеловала его в лоб:

– Прости. Но мой выбор – бороться до конца. Потому что…

– Но…

– Потому что ты – вторая половина моего сердца, – прошептала Констанс.

Она снова села, взяла его за руку и больше не произнесла ни слова.

47

Полицейский в форме припарковал служебную машину у тротуара.

– Мы приехали, сэр, – сказал он.

– Вы уверены? – спросил лейтенант д’Агоста, глядя в окно.

– Сорок один двадцать семь, Колфакс-авеню. Я не перепутал адрес?

– Нет, не перепутали.

Д’Агоста был удивлен. Он предполагал увидеть трейлерный парк или жуткие новостройки. Но этот дом в районе Миллер-Бич города Гэри, штат Индиана, был хорошо ухожен и, несмотря на небольшие размеры, недавно покрашен, а газон вокруг него аккуратно подстрижен. Всего в нескольких кварталах отсюда находился Маркетт-парк.