Синий лабиринт

– Конечно, прошу тебя, – сказал Пендергаст, наливая абсент в бокал и кладя сверху ложку с отверстиями. – Где этот чертов сахар? – пробормотал он себе под нос.

– Я изучала историю твоей семьи. Во время нашего разговора вчера в оружейной комнате всплыло имя доктора Эванса Паджетта. Тебе оно знакомо?

Пендергаст положил кубик в ложку и начал обливать его ледяной водой:

– Не люблю драм. Я с ними покончил.

– Жена доктора Паджетта отравилась эликсиром твоего прапрадеда. Человек в калифорнийской тюрьме страдает теми же симптомами, что и жена Паджетта и все остальные, кто принимал чудодейственное средство Езекии.

Пендергаст взял бокал с абсентом и сделал большой глоток.

– Человек, убивший сотрудника музея и напавший на тебя, похитил бедренную кость жены Паджетта. Зачем? Возможно, он работал на кого-то, кто пытался воссоздать эликсир. Наверняка в кости имеются остаточные вещества.

– Какая ерунда, – пробормотал Пендергаст.

– Боюсь, что нет. Я тщательно изучила этот эликсир. Все жертвы поначалу говорили о запахе лилий, это была изюминка, часть рекламной кампании. Когда человек начинал принимать эликсир, запах был преходящий, сопровождался ощущением благополучия и концентрации внимания. Со временем запах становился постоянным. Более тяжелым. Когда человек принимал дополнительные дозы эликсира, запах лилий начинал пропадать, словно цветы портились. Жертва становилась раздражительной, беспокойной, у нее нарушался сон. Ощущение благополучия сменялось тревогой и маниакальным поведением с периодами неожиданной апатии. В течение этого периода дополнительные дозы эликсира становились бесполезны, напротив, они лишь усугубляли страдания жертвы. У больного возникали приступы неуправляемой ярости, перемежаемые время от времени крайней вялостью. Потом начиналась боль – головная, суставная, человек уже не мог пошевелиться, не причиняя себе мучительных страданий. И… – Констанс помедлила. – И в конце приходила смерть, как благодать.

Слушая ее, Пендергаст поставил бокал и выпрямился. Начал ходить по комнате.

– Я прекрасно осознаю грех моего предка.

– Есть еще одно соображение: эликсир принимали в форме паров, а не в виде капель или таблеток. Его нужно было вдыхать.

Пендергаст сделал еще несколько кругов по комнате.

– Ты, конечно, понимаешь, к чему я клоню, – сказала Констанс.

Пендергаст пренебрежительно махнул рукой, отметая ее опасения.

– Алоизий, бога ради, тебя отравили этим эликсиром. Не просто отравили – доза, судя по всему, была чудовищной!

– Констанс, перестань кричать.

– Ты не начал ощущать запах лилий?

– Это довольно распространенный цветок.

– После нашего вчерашнего совещания я попросила Марго выяснить кое-что по его результатам.