Лабиринт

Чтоб не хотелось тачку завести и рвануть к ней, выдернуть из шелка мягкой, чистой, розовой постельки и долго жестко трахать на полу, в ванной, на подоконнике. Везде. И чтоб повторяла мне, что любит. Вот этим тихим голосом, чтоб в глаза смотрела и повторяла мое имя. Я много всего от женщин слышал: от ""я хочу тебя"" до ""я тебя ненавижу, мразь"". И о любви говорили, но я ее только слышал, но не видел, не чувствовал, а сейчас меня ударной волной от ее эмоций на части разрывало. Я в глазах ее это читал, в стонах, в дрожащих ресницах, в том, как щекой о руку терлась и губами проводила по пальцам, словно кайфует от простого прикосновения. Говорит, на нее никто так не смотрел? Это на меня никто так не смотрел, и я понимаю, что я за этот взгляд убить готов. От него в зависимость попадаешь. От всего, что ее касается. Даже от запаха. Наваждение, бл**ь.

Сотовый зазвонил неожиданно, и я протянул руку, делая еще один глоток виски.

Отрезвел слегка, как только понял, кто звонит."

"— Я подумала… мне… да, нужна ваша помощь. Я могу к вам приехать?

— Записывайте адрес, Татьяна.

* * *Я сидел в кресле, прикрыв глаза и вытянув ноги, лениво пуская дым от сигареты в потолок и поглядывая на голую женщину в моей постели. Не собирался ее трахать сегодня, да и в ближайшее время тоже, но меня раздирало от неудовлетворенного желания и ярости. Я просто не понял сам, как это произошло. Взял ее прямо в прихожей, развернув к зеркалу, задрав юбку и, наклонив над комодом, просто отымел. Без долгих ласк, поцелуев и подготовки. Оставил ей пару синяков на заднице и на горле, но ее, видимо, все устроило. Правда она пыталась немного повырываться, но когда я вошел в нее, все сопротивление немедленно прекратилось. Орала подо мной, как резаная, содрогаясь от оргазма, и сейчас эта, такая скромная на первый взгляд, мадам валялась на моей постели и тоже курила, потирая синяки на шее.

Мне дико хотелось выставить ее за дверь и нажраться вусмерть. До глюков и зеленых чертей. Чтоб не думать. Выпасть из реальности на неделю адского запоя и беспредела. Раньше помогало. Шлюхи, виски или кокс. Нирвана, после которой собирал себя по кусочкам, но оживал всегда.

— Не слишком ты обходителен для первого раза, я вообще-то приехала поговорить, — голос Татьяны отвлек от мыслей, и я посмотрел на женщину. Как же все они раздражают после секса, особенно вот эти довольные лица и жажда продолжения любой ценой. Ей явно понравилось, а мне похер, понравилось ей или нет. Я сбросил напряжение и теперь мог спокойно думать о том, что мне делать с ней дальше и в какое русло направить нашу беседу. Неожиданно она на мою голову свалилась. Я люблю быть готовым к таким визитам, но и отказать не мог. Слишком много всего на Графа повесили.

— Мы поговорили. Ты очень красноречиво стонала, а я все понял.