Курсантка с фермы. Адаптация к хитрости (СИ)

Джунгли в лучах поднимающегося Толимана казались зловещими, серые казармы — мрачными. Было еще прохладно, но уже летала докучливая мошкара. Построившись, мы снова подверглись проверке Демоницы — на этот раз она проверяла наш внешний вид. У кого-то были плохо собраны волосы, у кого-то не так застегнут комбинезон, кто-то смотрел в сторону… Смерив меня взглядом, военная отчеканила:

— Драки запрещены.

— Так точно, — хором ответили девушки, а меня покоробил такой ответ. Рано нас еще муштровать.

— Стейн, — отрывисто бросила Демоница. — Проводи зарядку.

Из корявого строя вышла девушка и, повинуясь указам Демоницы, отвела нас к ближайшей площадке. Пока абитуриентка Стейн неумело проводила зарядку, я украдкой смотрела по сторонам. У каждой из казарм столпилось по тридцать человек — выгнали на зарядку. Сколько же здесь всего казарм? И сколько в общем будет поступивших? Если учесть, что это не единственный Учебный центр, а один из."

"После зарядки военная объяснила, что после экзамена мы должны будем пойти на обед, потом будет свободное время для загадочной «подготовки», и ужин. После ужина нас отправят «погулять», затем настанет «время гигиенических процедур», и — сон. Простите, отбой.

Завтраком нас накормили таким же «вкусным», каким был вчерашний ужин.

А вот экзамен оказался обычным, а не таким садистским, как вчера. День пролетел быстро — не было лишнего времени на измышления, все хотели показать себя с лучшей стороны и старались изо всех сил. И вот уже отбой…

Я и не заметила, как быстро пролетела абитура. Первые десять дней абитуриенты проходили гениальные в своей простоте тесты — на внимание, на сообразительность, на эрудицию. Бесконечные сочинения, вопросы, беседы с андроидами и погружения в виртуальную реальность занимали все время и мысли. Никто из абитуриентов не дрался и не задирал нос (или я просто не знала об этом); после очередного экзамена все рвались в небольшую библиотеку, чтобы освежить знания.

После того, самого первого экзамена, абитуриентов больше не выгоняли. Теперь каждому начислялись баллы за каждый пройденный тест.

Только вечером мне иногда удавалось дождаться своей очереди поговорить по ТПТ. Братья были поражены, что я все еще не вылетела — каждый теперь рвался дать дельный совет, но времени, выделенного для разговоров, было так унизительно мало, что толком я ничего уяснить не успевала. Узнала только, что встреча Темы с той центаврианкой прошла удачно. Это означало, что отныне беспокоиться следовало только о себе.

В один из вечеров меня вызвали к ТПТ. Удивленная, я ответила.

— Блага, Нина.

Малейв! Центаврианин произнес мое имя так ласково-многозначительно, что по моему телу побежали мурашки.