Курсантка с фермы. Адаптация к хитрости (СИ)

И есть ли смысл переживать о том, что было давно? Лучше думать о настоящем.

Глава 18

Когда я была подростком, и подружки звали меня на пляж строить глазки соседским парням и купаться, я никогда не уходила без спроса братьев. А так как Агап разрешения не давал, я оставалась дома и утешалась тем, что нечего там, на пляже этом, делать. Позже я научилась управлять исподтишка решениями Агапа, и уходить, куда нужно.

Но, кажется, в академии я эти свои навыки растеряла.

Агапий подловил меня у лестницы.

— Куда?

— С Тони идем отдохнуть.

— Сначала переоденься. А то напялила какую-то микроскопическую тряпочку вместо нормальной одежды.

«Тряпочкой» Агапий обозвал легкое белое платье выше колен. Оно было по-летнему легкомысленное и совсем не вульгарное, но, по мнению брата, на улицу мне следовало выходить только закутанной с головы до ног.

— И что это ты намазюкала на лицо? — пригляделся мужчина.

— Это косметика, Агап.

— Переоденься, сказал. И умойся.

— И паранджу надень… — продолжила я. — Мне двадцать пять лет, Агап.

— Пигалица еще!

Когда я была нескладным подростком, он не бесился, видя меня в коротеньких шортиках. А как только у меня появились формы и тело приобрело плавные линии, так я сразу стала распутницей, а мои вещи «тряпочками».

— Иди-иди, — заступился за меня Аркадий, выходя из гостиной на шум. — Нечего сидеть дома.

— В таком виде никуда она не пойдет!

— И в чем ты предлагаешь идти? — спокойно спросила я.

— Ни в чем! Сиди дома, с нами разговаривай!

— Ну, хорошо, — согласилась я. — Что ты думаешь о последствиях закона о депортации?

Агапий выдал несвязную фразу. Интересы Агапа и мои сильно разнились. Я ничего не понимала в особенностях рыбалки и настройке наземных каров, а Агап все мои увлечения считал несерьезными.

Кеша только посмеивался, слушая, как я мучаю бедного главу семьи.

— А почему вы Милу к нам не приглашаете? — невзначай спросила я.

Братья нахмурились. Они и без хмурой мины казались суровыми, а так — чисто земные огры, готовые сожрать любого, кто осмелится задать неудобный вопрос. Но — мои родные огры, и никакого значения не имеет, что их родила другая женщина.

Аркадий, проведя рукой по коротким черным волосам, утомленно, как будто говорить ему было очень и очень тяжело, проговорил:

— Эта женщина… не войдет к нам в дом.

— Почему? — поразилась я. — Она помогла Артему получить свидетельство, благодаря ей остался на Горунде! А ты, Агап, настаивал, чтобы Тема очаровал здешнюю. Чем же вы сейчас недовольны?

— Ты ее знаешь? — спросил Агап.

— Знаю.

— Тогда ты должна была заметить, что с ней нечисто, — добавил Кеша. — Тема сразу сказал, что будет ее развлекать в обмен на гражданство. Она согласилась на это. А теперь они хотят брака.