Курсант (СИ)

Через минуту и двенадцать секунд после появления под ним чудовищного котлована, на треть заполненного кашей из битого камня и фрагментов страшно изуродованных строительных конструкций. Само собой, САШ-евцев, внезапно брошенных командованием на произвол судьбы, это ни разу не обрадовало, однако желающих сдаться в плен практически не было. По словам Щелчка, «препарировавшего» сознание нескольких отловленных вояк, из-за ментальных программ, отключивших им критическое мышление и страх смерти. Так что никакого ослабления накалов боестолкновений не было — каждый отдельно взятый противник сражался, даже будучи при смерти!

Нет, подразделения столичного гарнизона, поднятые по тревоге сразу после обнаружения первых вторженцев, прибывали чуть ли не ежеминутно

и пытались заткнуть дыры в обороне, но размеры, особенности архитектуры и изобилие всевозможных фортификационных элементов превратили здание в один огромный многослойный воюющий пирог!

Мы тоже воевали. Первые минут сорок — более-менее ничего. В смысле, выносили относительно небольшие группы противников, что называется, в одну калитку благодаря неоценимой помощи Юргена, знаниям Вари и опыту старшей половины команды. А потом командование САШ-евцев доказало, что тоже ест свой хлеб не зря — шесть их рот, продвигавшихся в нашу сторону по разным этажам дворца, вдруг проделали альтернативные проходы и замкнули даже не кольцо, а сферу окружения. После чего начали перемалывать все, что в нее попало. При этом использовали не только ручные гранаты, гранатометы, портативные огнеметы, крупнокалиберные пулеметы с артефактными пулями и магию, но и мощную взрывчатку. Впрочем, к обрушениям отдельных комнат и коридоров мы адаптировались достаточно быстро. А вот глушение средств связи вышло боком уже минуте на четвертой — первое отделение первой роты, взявшее на себя роль головного дозора, завело нас в засаду, скрытую под высокоранговыми иллюзиями.

Мгновением позже из той же комнаты вылетело сразу несколько гранат, но воткнулось в каменную стену, выставленную Раисой Александровной, и вернулось к хозяевам.

Мы тоже вернулись. Обратно к матушке. Так как услышали ее команду, усиленную эхом:

— Пластуны бегали на разведку.

Вернулись с плохими вестями. В общем, не вырвемся из окружения прямо сейчас — тут и поляжем…

…Пока пробивались на крышу, по которой, вроде как, еще можно было уйти, потеряли еще троих Парфинцев, нахватали огнестрельных и осколочных ранений, пережили легкую контузию, обзавелись ожогами разной степени серьезности и «высушили» почти все запасы накопителей.