Курсант (СИ)

На последних ступеньках лестницы вспомнил о наших «Росомахах», спросил у спутниц, удалось ли эвакуировать эти машины из Бухареста, и вслушивался в рассказ Незаменимой об этом процессе до тех пор, пока не оказался в прихожей. А там меня прибило не на шутку — заметив свое отражение в ростовом зеркале краем глаза, я остановился, распахнул халат, какое-то время разглядывал мышечный корсет, любовно «вылепленный» и «раскачанный» моими спасительницами, а потом… осознал смысл утверждения «…а переднюю часть торса фактически испарило…»!

— Пожалуйста, мой господин… — довольно мурлыкнула Незаменимая, потерлась щекой о правую грудную мышцу и замкнула еще одно кольцо рук. Точнее, левой рукой притянула к себе мою поясницу, а правой прижала ко мне Гриневу. А та… та расплакалась. Как выяснилось значительно позже, вдруг осознав, что у них все получилось, и я выжил.

Но тогда я этого не знал, поэтому задвинул куда подальше мысль «Что я творю?», ласково провел ладонью по голове, шее и спинке, содрогавшейся от рыданий, а потом понес полнейшую чушь:

— Катюш, ты чего? Вашими стараниями я не только оклемался, но и превратился в здоровячка из твоих ночных грез! Значит, вместо того чтобы плакать, ты должна радоваться возможности обнимать чудо, созданное своим талантом, и предвкушать его благодарность…

— Я радуюсь… — шмыгнув носиком, горько всхлипнула она, но дрожать не перестала.

Тут Незаменимая вцепилась в мое запястье, передвинула ладонь «на исходную», и серией жестов потребовала, чтобы я не вздумал переставать гладить ее верную помощницу. Пришлось слушаться… несколько минут. А потом нервная дрожь начала стихать, и младшая Церберша попробовала вырваться из захватов. А когда поняла, что мы не собираемся ее отпускать, решила ответить на вторую половину моей шутки:

— … а благодарность мне не нужна. Вернее, я уже сча— …

Девушка, пребывавшая в расстроенных чувствах, приняла этот «наезд» за чистую монету, оторвала лицо от моей груди, испуганно уставилась в глаза и затараторила:

— Мой господин, у меня уже есть счастливое настоя— …

— Ка-а-ать… — все так же притворно нахмурился я, и она, поймав за хвост какую-то мысль, посмотрела на меня… со всамделишним вызовом:

Я отрешенно отметил, что использованное ею числительное «одного» не бьется с количеством озвученных потребностей. Но эта мысль не помешала последовать порыву души:

— Все будет. Обещаю!

Девушка засияла и… получила по заднице от Незаменимой:

— А где обязательная фраза «Мой господин, я вас обожаю»?

Я невольно рассмеялся, по привычке потянулся к волосам этого белобрысого чуда, чтобы растрепать, но грива оказалась уложена в красивую «корону», так что пришлось удерживать руку.