Курсант: Назад в СССР 13

— Я подстраховался, — гордо ответил Гоша, пытаясь приделать ложку снова на лоб, но та теперь никак не хотела виснуть. — Зал был под моим контролем. Везде охрана негласная. Мои ребятки все заблокировали — мышь не проскочит. Я хотел его сам взять, на живца, так сказать, на самого себя, то есть… А то тебя ждать долго, знаешь ли… Поседею вконец.

Он погладил остатки шевелюры.

— Долго? Да я только вторую неделю этим занимаюсь! Матерых киллеров, если что, по горячим следам не ловят, чтоб ты знал…

— Да ладно, Андрей. Извини… Это я так, ляпнул от тоски. Запарило меня уже торчать в этой пещере. Эх… Надо было баньку сюда встроить. И бильярд. Это я не продумал.

— От баньки дым, от бильярда стук, обойдешься… Лучше подругу заведи, пусть с тобой здесь время коротает.

— Подругу, — прищурился Гоша. — А ведь мысль…

— Я же пошутил… Никто не должен знать о твоем убежище!

— Да никто и не узнает, так, пара девок, я их отсюда и не выпущу. Со мной все время будут.

— Я тоже пошутил… — улыбнулся Гоша, а потом, нахмурившись, топнул ногой. — Чифирная гуща! Почему эта чёртова ложка не липнет?

— Хоспади… — вздохнул я. — Мне бы твои проблемы.

— Думаешь, у меня проблем нет? — Индия, наконец, оставил попытки экстрасенсорных трюков и сунул ложку в подставку на буфете, а сам плюхнулся рядом со мной на диван. — У меня, между прочим, брат умирает, а я навестить его даже не могу!

— Не звезди… Нет у тебя никакого брата!

— А вот и не угадал. Есть! Двоюродный.

— Двоюродный — не считово.

— Ну, извините, другого не имеем.

— А что с братом-то? — уже без шуток поинтересовался я.

— Да бес его разберет… понимаешь, мы с ним лет десять не виделись. Как он в свою эту Америку укатил. Так и связь не поддерживали.

— Какую Америку? — удивился я.

— У нас одна Америка.

— Их две. Северная и Южная, вообще-то.

— Ой, не умничайте, товарищ майор, моложе выглядите… Советские граждане Америкой США называют. «Крокодил», что ли, не читаешь? О, кстати, прикупи свежих номерочков в следующий раз, как ко мне соберешься.

— Куплю, куплю. Так с братом-то что?

— А фиг его знает, вот письмо пришло. Смотри… — Гоша вытащил из кармана атласного халата конверт с маркой на английском языке «США олимпиада-1984». Летняя олимпиада, на которую СССР в тот год не поехал, объявив бойкот.

Я взял в руки конверт, исполосованный синевой каких-то штампов, и вынул свернутый листочек:

— Прямо из Америки прислали?

— Ну конечно… Читай.

Текст был на русском и следующего содержания:

«Гоша, здравствуй! Пишет тебе Кэт, супруга твоего брата. Знаю, мы не особо с тобой ладили, но, сейчас такое тяжелое время наступило, что мы должны объединиться против надвигающейся беды. Я должна сообщить тебе ужасную новость. Твой брат умирает. У него неизлечимый недуг. Врачи отмерили ему буквально месяц-два.