Курсант: Назад в СССР 14

В мокром от дождя костюме, с перекошенным от злости лицом, он сразу перешёл на крик:

— Что вы себе позволяете⁈ Моего сына всё ещё держат, как преступника! Отпустите его, немедленно! Он же не в себе, вы прекрасно знаете! Что вам ещё надо⁈

Я отложил бумажки, поднял глаза.

— Леонтий Прохорович, ваш сын задержан. Проходит пока, как подозреваемый в особо тяжких преступлениях.

— Он… он же умственно отсталый. Это же…

Лазовский, влетевший сюда на полном ходу, теперь будто совсем замер, даже слова закончились у него.

— Дальнейший его статус будет определяться в ходе судебно-психиатрической экспертизы, исходя из этого мы примем процессуальное решение в ходе расследования.

— Да что вы несёте! — он снова отмер и взмахнул рукой. — Он же не преступник! Нашёл он эти вещи. Всё ходит и ходит по лесу, вот и подобрал! Он всегда что-нибудь тащит, без разбора. Это же Гришка!

— Подумайте, как ловко он набрёл именно на вещи людей, которых искали годами, — сказал я спокойно. — Ни охотники, ни грибники, ни участковые ничего подобного не находили. А он вот нашёл.

— Где тела⁈ — закричал Лазовский, одной рукой схватившись за мокрую полу пиджака, будто пряча эти пятна от дождя. — Если нет трупов — нет состава! Вам ли не знать!

— Вы ссылаетесь на уголовный кодекс? Или ваши познания ограничиваются телепередачами и газетами?

Он нервно развёл руками, плечи его дёрнулись, и он пошёл к двери. Я встал, произнёс в спину:

— Постойте.

— Ну что еще?

— Я вас не отпускал.

— Я тоже арестован? Это беспредел!

— Пока нет. Но вам придётся задержаться. Мы готовим санкцию на обыск вашего дома.

Он остановился, обернулся и с холодной усмешкой бросил:

— Вы, похоже, забыли, кто мы такие в этом городе. Никто не подпишет вам эту бумагу. Никто.

Я не стал спорить. Просто подошел к Лазовскому и сказал:

— Пока мы не получим санкцию, вам нельзя покидать милицию.

— Боитесь, что я уничтожу следы? Улики? Ха! Но как вы меня остановите?

— Вы только что оскорбили грубой и, так сказать, нецензурной бранью сотрудника милиции, а это уже, на минуточку, мелкое хулиганство.

— Я?.. Когда, кого? Что вы несете⁈

— Суд уже не работает, — я демонстративно посмотрел на наручные часы, будто бы сверял время, — но ничего, завтра свозим вас к судье, а пока придется посидеть в камере. Вот так.

— Что⁈ Да вы знаете, кто за мной стоит? Да вы…

Я не стал дослушивать, сгреб Лазовского за шкирку и стянул вниз, на первый этаж.

— Этого в камеру, — приказал я дежурному. — За мелкое оформи."

"— А… протокол? — растерянно пробормотал дежурный.

— Придумай что-нибудь, — распорядился я. — Не первый год замужем-то.