Курсант: Назад в СССР 14

Папироса медленно тлела в уголке рта, а сам он наблюдал за пожаром с интересом — не страхом, не тревогой — с этаким спокойным вниманием.

Я подошёл ближе:

— Гражданин. Предъявите ваши документы.

Он слегка усмехнулся, не сдвигаясь с места.

— А вы кто будете?

— Милиция, — я достал ксиву и показал греб, не раскрывая корочек.

Он мельком взглянул и пожал плечами:

— Документов нема, гражданин начальник. Ночью, сами понимаете, не таскаю. А в чём дело?

— Что вы здесь делаете?

— Да я тут рядом живу, чё. Ниче не делаю. Просто вышел.…

— Имя, фамилия, — наседал я.

— Иван Иванович Беспалый. Хата моя тут поблизости, на Тракторной шесть. Вон там, за старым гастрономом.

— Знаете его? — спросил я тетку, что слушала наш разговор.

Она была в ночнушке до пят и фуфайке поверх нее, явно из близлежащего дома.

— Ванька, это, Бес, — кивнула тётя. — Не врёт, с нашего околотка.

Я занёс в память: Беспалый Иван Иванович. Примерно 45 лет. Проживает: ул. Тракторная, 6. Ранее судим.

— Так что тут делаешь, Беспалый? — снова я повернулся к бывшему сидельцу.

Он выпустил дым, прищурился.

— Шум увидел, зарево — вот и вышел. Марфу жалко… Бабка-то была, как есть, правильная. К чаю звала, травы сушёные давала от хворей. Между нами говоря, я в ее шарлатанство не верил. Говорил ей — фуфло всё это, но она по-своему жила, душевная была, по-людски. А теперь вот…"

"— Никого не видел? — спросил я, вглядываясь ему в глаза. — Ни до пожара, ни после? Никого подозрительного?

Он повёл плечами.

— Да нет, никого. Дым валил в харю, глаза резал, темень… Сам только недавно выбежал. Кто там шастал или нет — не скажу. Не видел, начальник.

— Ладно, — кивнул я, разглядывая его обувь. Он был в рваных калошах, а не в сапогах или грубых ботинках, след от которых я видел на крыльце. — Вспомнишь что — приходи в отдел. Спросишь майора Петрова.

— Ну, если вспомню, — буркнул он, будто нехотя, но без вызова.

Я вернулся к «Уралу». Завёл. Двигатель рыкнул, выпустил сизый дым из трубы. Мотоцикл дрогнул, будто чуял — путь предстоит нехороший.

Я сел, выжал сцепление, переключил скорость ногой и, не оглядываясь, поехал в сторону Чёрного озера.

Несмотря на ночь, дорогу я нашел безошибочно. Запомнил еще тогда, по поездке на турбазу. Выехал на берег и направился вдоль него, вглядываясь в каждый куст на небольшой скорости. Вот и озеро. Я остановил мотоцикл и заглушил мотор.

Мертвое озеро открылось сразу — тёмное, неподвижное, будто не вода, а гладь, будто затянутое свинцом. Оно не было чёрным в буквальном смысле, но и ночной свет не отражало, а глотало. Казалось, оно не плоское, а уходит куда-то вглубь, как шахта без дна, как самая настоящая бездна. Выглядит зловеще. Может, поэтому его называют Черным? Может, оно вовсе и не чернеет, а просто этакий оптический эффект? Отсюда и суеверия.