Курок

Постоянно.

– Мне было необходимо подумать.

– Подумать, – повторил я, качая головой. – Пошла ты, детка. Прошлой ночью все было идеально. Без проблем.

Я завел руку назад и взъерошил ее волосы.

– Ты снова это сделаешь. – Моя рука упала обратно. – Тебе стоило просто оставить меня там. Почему ты вернулась?

Она молчала, подбирая слова, и прильнула щекой к моей щеке.

– Потому что испугалась жизни без надежды быть с тобой.

Умолкнув, я сразу понял, о чем она говорила. Если оглянуться в прошлое, я чувствовал то же самое.

Независимо от того, вместе мы или нет, я хотел ее и всегда буду хотеть.

– Только мы не можем прятаться вечно, Дэймон. Ни в наших лабиринтах, ни в фонтанах или домиках на дереве… Мы живем в мире с другими людьми, и я хочу уважать себя. Мне просто… нужно было подумать.

– Тебе хочется, чтобы они уважали тебя, – возразил я.

Все дело в том, что подумают о нас окружающие. Уинтер казалось, будто люди перестанут доверять ей, раз она полюбила парня, которого сама же и отправила в тюрьму.

– Меня считают тупицей из-за слепоты. Обращаются со мной, как с ребенком. Я хочу доказать, что способна на многое. Что я не пустое место.

– Тебе нужно было проявить силу, – ответил я. Мои пальцы внезапно заледенели. – Если кому-то и известно, какой мерзкой дрянью бывает мир, так это нам. Я нуждался лишь в тебе, а ты должна была нуждаться во мне, и к черту все остальное. Мы бы справились. Победили бы.

– Я вернулась, – вновь уверила девушка. – Всего через пятнадцать минут я вернулась. – Она поцеловала меня в висок. – И мы победим. Обязательно.

Конечно. Может быть.

– Отлично, а вот и Бэнкс с парнями, – объявила Рика, и я заметил свет фар сквозь заднее окно. – У нас осталось около трех секунд, прежде чем Гэбриэл обо всем догадается.

Мои веки отяжелели, пульс громыхал в ушах. Я не очень хорошо себя чувствовал.

Сглотнув, я пробормотал:

– Порой я гадаю, каким бы стал, если бы вырос в доме Майкла. Или Кая.

Уинтер тихо засмеялась.

– Ты бы не был похож на них.

– Вероятно, нет, – согласился я. – Люди – это продукт смешанного воздействия внешних и внутренних факторов, а не регулируемые переменные. За редкими исключениями мы сохраняем свою истинную сущность. Даже в море змея останется змеей.

– А лев – львом, – добавила она, широко улыбнувшись.

Кровь из раны стекала по моей коже под футболкой.

– Мне следовало сводить тебя в собор Святого Килиана. Там в катакомбах есть комната.

Убедившись, что она слушала, я сделал паузу.

– Спустившись по лестнице, нужно повернуть налево и пройти вперед, – сообщил я, зная, что она мысленно рисовала план для себя. – Когда почувствуешь сквозняк слева, окажешься в коридоре, потом повернешь направо.