Курок

Только лиц присутствующих не разглядеть и музыку не слышно, потому что мы чересчур далеко.

Он останавливается сбоку.

– Почему тебя назвали Уинтер?

– В честь стихотворения Уолтера Де Ла Мэра, – отвечаю я, любуясь бескрайним простором, и цитирую фрагмент: – «Сгущается тьма,/ Вспышка за вспышкой мерцает,/ То мороз огоньки разжигает,/ И вскоре над морем пены холодной,/ Всплывает белая луна».

Я знаю весь стих наизусть, однако Дэймону вряд ли интересно его слушать. Когда одноклассники спрашивают меня о моем имени, они быстро теряют интерес.

– Он описывает зиму, – говорю я. – Мама сказала, что благодаря стиху это холодное и суровое время года показалось ей красивым. Она говорит, мы живем ради красоты, которую можно найти повсюду. Нужно лишь внимательнее присмотреться.

Мальчик задумчиво устремляет взгляд вдаль.

– Не знаю точно, почему мама решила так меня назвать, но мне нравится, – добавляю я."

"Сев на пол, он свешивает ноги с края и опирается руками на деревянную защитную перекладину. Я колеблюсь секунды три, а потом тоже плюхаюсь рядом, свешиваю ноги и смеюсь из-за порхающих в животе бабочек.

Глянув вниз, я сразу же отшатываюсь назад, потому что начинает кружиться голова.

Мы сидим молча, изучаем пейзаж. Головокружение не проходит, и я провожу рукой по волосам.

– Больно, – произношу я вслух, поправляя свой пучок. – Кожу тянет…

Так всегда бывает после целого дня с тугой прической. Распускать волосы потом очень приятно.

Я вытаскиваю из пучка заколку – вторую такую же я оставила в фонтане, – затем шпильки.

– Ты мне не поможешь? Проверишь, все ли я достала?

Дэймон протягивает руку, ощупывает мои волосы и вытягивает еще несколько шпилек, помогает развернуть пучок. Запустив пальцы в пряди, я массирую кожу головы и вздыхаю от удовольствия.

Я смотрю на него. Он разглядывает мое лицо.

Моя кожа вспыхивает. В костюме становится жарко.

Отвернувшись, мальчик выдыхает и переводит взгляд вперед.

– Я могу снова тебя поцеловать, когда мы повзрослеем. Просто, чтобы ты знала.

У меня слегка отвисает челюсть. Хочется фыркнуть от отвращения на случай, если он шутит или дразнится, но…

Дэймон говорит правду?

Я закусываю губы, сдерживая улыбку. Понятия не имею, почему хочу улыбнуться, но ничего не могу с собой поделать.

Он опускает ладонь на пол возле моей. Сердце стучит так громко. Дэймон возьмет меня за руку?

– Уинтер! – воздух пронзает крик, отчего я подскакиваю на месте.

Оглядев землю, я замечаю отца и мать, стремительно приближающихся к домику на дереве. Их взгляды сосредоточены на нас.

– Почему ты убежала, не предупредив маму? – рявкает отец.

– Папа, – выдыхаю я, вдруг испугавшись, что сделала что-то плохое.

Почему он пришел? Его не было на вечеринке. Похоже, он расстроен.