Курок

Я медленно отошел в сторону, прячась в тени и не отрывая от нее глаз.

Певица пропела припев, ударные напоминали пульс. Волосы Уинтер взмывали в воздух, мускулы ног перекатывались и сокращались под плотной тканью лосин. В свете луны, струившемся через окна, сквозь разрезы на спине розовой футболки с длинными рукавами виднелись спортивный лифчик и кожа.

– Но я моргнула, и мир исчез… – пела женщина. Музыка словно исходила из тела Уинтер, разливалась по ее венам. Каждое движение было идеально рассчитано. Мой взгляд блуждал по лицу девушки, ее фигуре, пока она делала вращения и прыжки. Мне хотелось стать воздухом вокруг нее, чтобы чувствовать, как Уинтер двигалась.

В груди так сильно ныло от боли, что было трудно дышать.

В мире нет никого, похожего на нее.

Трек закончился, дом погрузился в тишину. Девушка опустилась на ступни, тяжело дыша, и молча замерла на месте.

Потом ее голос наконец-то пронзил пространство:

– Ты тут?

Я ничего не ответил.

– Ты смотрел? – тихо спросила она.

Мною овладело желание заключить Уинтер в объятия, ощутить, как она расслабится, усмирить ее тревогу, заставить почувствовать себя в безопасности.

Но тогда она почует дым, потому что сегодня я специально не воздерживался от курения. Не хотел поддаться соблазну навестить ее.

И все равно поддался. Парням сказал, что нанесу жаркий визит миссис Эшби, прекрасно зная, как им это понравится. Мы все терпеть не могли ее мужа.

А на самом деле хотел увидеть Уинтер. После того, что сделал с ней прошлой ночью.

– Меня мучает то, что ты со мной не разговариваешь, – произнесла девушка, медленно повернувшись кругом, ведь она не знала, где я находился. – Не разговариваешь по-настоящему. Но, думаю, ты бы никогда не остался до утра.

Верно. Проведя еще полчаса в душе, мы вышли и вытерлись, после чего я оделся и последовал за ней в комнату, где какое-то время просто полежал с Уинтер в кровати.

Когда она уснула, я не ушел.

Однако глаз не сомкнул часов до четырех утра, и только потом незаметно улизнул.

Я пообещал себе трахнуть другую женщину сегодня. Чтобы вытравить из себя Уинтер.

– Ты похож на призрака, – задумчиво сказала она. – Или вампира. Ты оживаешь для меня лишь по ночам.

Девушка сглотнула и сделала вдох.

– Все нормально. Меня ведь предупредили, да? Что ты причинишь мне боль?

Да.

– Отец считает, мне лучше вернуться в Монреаль. Говорит, «здесь я не смогу реализоваться».

Она повторила его слова, сымитировав низкий, снисходительный тон. Мою шею словно пламенем обожгло; я занервничал.

Вернуться в Монреаль.

Так далеко.

Я не смогу с ней видеться. А вдруг она останется там после школы?

Если бы я подумал, что нам не стоит встречаться, мы бы не встречались, но мне не нравилось, что меня лишали выбора.