Куплю твою жизнь

Ведь нормальному, обычному человеку она ни к чему. Разве не так?

Моя жизнь рядом с ним никогда не будет спокойной. Мне всегда придётся оглядываться и переживать. За себя. За ребёнка. За сестру. И за него…

— Не знаю, — тихо отвечаю, ощущая, как дрожат мои губы.

Мне хочется отойти от кроватки. Чтобы Мишки не коснулись эти жуткие слова и страшное признание.

Смотрит в мои глаза со странным выражением. В нём проскальзывает нечто болезненное. Колючее.

Та рука, что минуту назад нежно касалась ребёнка, оказывается на моей шее стальной удавкой. Он притягивает, заставляя торопливыми шажками приблизиться к нему. Я неловко сжимаю его запястье, пытаясь отстраниться. Ослабить хватку. Но он точно знает ту грань, где некомфортные ощущения перетекают в боль.

— Запомни, Серафима, если ты пойдёшь против меня, тебя ждёт та же учесть.

Его тигриные глаза сейчас светлые. Его не гложут угрызения совести. И он точно приведёт угрозу в исполнение."

"Дышу тяжело. Соплю. Он чуть надавливает на пальцы, чтобы мне глубже в мозг проникли эти слова. Эта угроза.

— Пусти, — шиплю сквозь зубы.

Разжимает пальцы и выглядит при этом как ни в чём не бывало. С одним и тем же выражением он может меня трахать, угрожать мне и лишить жизни.

— Послезавтра день рождения брата моей жены, — сообщает, а мне кажется, что в грудную клетку проник раскалённый острый кинжал. Я задыхаюсь от этого известия, с трудом пытаясь держать себя в руках, — ты будешь меня сопровождать. Надень чёрное платье.

Молчу. Не могу произнести ни слова. Его план для меня загадка, и я вовсе не уверена, что хочу знать подробности задуманного.

Возможно, он распознал мой испуг, и выражение его лица смягчилось. Уже не казалось каменным. А чуть более человечным.

— Делай, как я говорю, и ты будешь жить, — снова тянет ко мне руку, заставляя сжаться, но лишь касается моей щеки. Проводит по ней костяшками со странной нежностью, затем запуская руку в волосы, пропуская локоны сквозь пальцы.

И вновь внутри меня что-то ломается. Трескается, крошится, падая на пол. Моё сердце.

Глава 64

От страха и неизвестности.

Наблюдаю за тем, как он уходит, и начинаю верить в то, что сможет меня отпустить. Когда всё закончится. Каким бы ни был, он действительно считает, что несёт ответственность за тех, кого приручил. А я попала в этот переплёт из-за него. И своей глупости.

Но хочу ли я теперь, чтобы он исполнил обещание? Даже так, зная, что у него всегда будет другая женщина на законных основаниях?

Уже не могла однозначно ответить на этот вопрос.

Только мне права выбора никто не предоставит. Ведь он не сможет простить меня за брак с Юрасовым. За предполагаемый секс с ним. За то, что скрыла от него ребёнка… Никогда.

Тревога грызла всё время до праздника, на который я должна была заявиться вместе с Сабуровым.