Куплю тебя, девочка

И я не собираюсь терять шанс на нормальное существование из-за твоего неуемного либидо. И не смотри на меня так. Твоя Алена дома. Все готовятся к свадьбе.

Нормальное существование. И об этом говорит человек, который сидит в хате за тридцать миллионов в центре Москвы.

— Я тебе не верю, — реву я и вскакиваю снова, наступая на сидящего за барной стойкой козла. Тот тут же поднимается и тычет в меня вилкой, которой что-то жрал. Бросаю взгляд на тарелку. Спагетти. И рядом стоит еще одна порция. — Где мой телефон?!

Артур указывает вилкой на угол стола, и я хватаю смартфон, не сводя взгляда с Артура. Уже спокойно сидящего и наматывающего макароны на зубцы. Иногда я с завистью думаю о его выдержке. Иногда сдерживать собственные эмоции получается с трудом. Особенно, когда это касается Алены.

В телефоне тридцать пропущенных вызовов. И я сначала просто их пролистываю. Отец. Мать. Надя. Даже Аня. И только один единственный от Алены. На душе теплеет. Все-таки волновалась. И я автоматом набираю именно ей, быстро пройдясь пальцами по волосам и в раковине прополоскав рот.

— Выспался? — спрашивает, и мне хочется уловить обиду в его голосе, но я слышу равнодушие. И она давит на грудь, вынуждает задыхаться.

— Я вчера был в ЧС?

— Я вчера разговаривала по телефону. А когда перезвонила, в ответ пришло сообщение, что ты спишь.

— С кем разговаривала, — вспоминаю вчерашние фото и подозрения-клещи уже пьют кровь, лишая мысли.

— С мамой твоей, — вздыхает Алена, и я присаживаюсь рядом с Артуром, стреляя в него взглядом. — Она волнуется за Сережу. Хотя тренер уверяет, что все нормально.

— А поговорить с самим Сережей она почему не просит? Давно ей говорю купить ему мобилу.

— Точно! — восклицает она, и я слышу скрип кровати в ее комнате и чуть тяжелее дыхание. К маме бежит. — Ты на свадьбу-то явишься? Твоя невеста этим сильно интересовалась.

И только я хочу ответить, как она кричит."

"— Лисса! А пусть тренер передаст трубку Сереже. Да, Никита звонит. Скажу, — смеется она и понижает голос, а я подпираю рукой голову. Им наслаждаясь. Каждым звуком, который произносят эти розовые губы. Меньше всего мне хочется думать, что они могли делать раньше. Но воображение упорно подсовывает картинки. — Тебе просили передать, что ты говнюк.

— Очень приятно. Там уже полным ходом приготовления? — оттягиваю ворот рубашки, который кажется удавкой. Слишком быстро. Я не готов.

— Да, тут настоящий бедлам, если честно. Прячусь от твоей невесты, которая внезапно записала меня в подружки и хочет нарядить в нечто розовое. И я бы надела, да оно в груди тесно.

Она еще что-то говорит, а я о ее груди, блять, думаю. Что ее нельзя одевать в тесное. Ей свобода нужна. И мои руки. Которые в данный момент покалывает от желания проверить величину в живую.