Куплю счастье. Дорого

Картинно схватился за сердце и едва не упал, поскользнувшись на упавшей с дерева и разбившейся вдребезги груше.

Телефон зазвонил, когда они с Иваном возвращались в город. Но звонил не Марк, а Люба. Она отрапортовала, что Самаров в срочном порядке умотал в город на встречу с банкирами.

- Ну, и денек сегодня. Сплошные нервы. Я, наверное, напьюсь. Вот точно. Вернусь домой и напьюсь, - закончила она свою речь.

- В одиночестве? Нет. Этого я допустить не могу. Подтягивайся к нам с Иваном в… Вань, как то кафе называется, ты говоришь?

- Гуси-лебеди.

- В Гуси-лебеди. Мы как раз думали оторваться…

- Посреди рабочей недели?

- Почему нет? Это лучше, чем пить в одиночку. Ну, Люб? Ты с нами?

- А, черт с ним! Была не была! Еду!

Глава 12

- Нет, ну как же тебе идет эта стрижка! Не могу налюбоваться, - икнула Люба и, подперев щеку кулаком, в хмельном восторге мотнула головой из стороны в сторону.

Этери сыто зевнула.

- Тебе тоже нужно поработать над образом.

- Но…

- Я настаиваю!

В поисках поддержки Люба перевела полный надежды взгляд на Ивана."

"- Не смотри на меня так, куколка. Тут я на стороне Этери. Женщина ты, никто не спорит, – шикарная, - парень ткнул зажаренной куриной ножкой в секретаршу, а другую руку вольготно закинул Этери на плечи. – Но твоя прическа какая-то… старомодная.

«Ну, наконец-то это кто-то сказал!» – обрадовалась Этери. Так обрадовалась, что пока Люда растерянно хлопала глазами, даже забыла о своем желании сбросить руку наглеца и, напротив, звонко поцеловала его в щеку. А потом и за ухом почесала. Ласково, как щенка.

- Ну… и какого черта здесь происходит? – прогремело над столиком. Три пары глаз повернулись на звук.

- О, Марик… А мы, вот, празднуем…

Люба широко улыбнулась. Этери приуныла. А в Ивана, чтоб ему пусто было, будто бес вселился:

- Присоединишься? Я плачу. Слышал, у тебя дела не очень, так что… по старой дружбе, так сказать, не дам умереть с голоду.

Этери пнула наглеца под столом. Но тот, даже не поморщившись, принялся водить горячими пальцами по её выступающей в скромном вырезе сарафана ключице. Гад! Челюсти Самарова дернулись. На щеках выступили желваки. И в одно мгновение… вот просто в одну секунду то, чего Иван не мог добиться от нее весь этот вечер, произошло. Она… откликнулась. В теле вспыхнул пожар… Но виной тому был со-о-овсем другой мужчина.

- И что же вы празднуете, Люба, позволь поинтересоваться?

К удивлению Этери, Марк проигнорировал выпад юнца, с успехом обуздав свой бешеный нрав, и лениво опустился в единственное свободное кресло.

- Ну… как же… - стушевалась секретарша, - подписание нового договора с банком. Ты же… за этим в город ездил, да? – добавила с надеждой.

- Да при чем здесь банк? Мы просто решили эм… отметить мою новую стрижку! – попыталась спасти ситуацию Этери.