Куплю тебя за миллион

Меня, в принципе, давно обнаружили, я спряталась не очень удачно, но я поверила в то, что Глеб, получив отрицательный тест на беременность, просто успокоился и решил не связываться со мной.

Плюнул на Проблемную…

— Милый домик. Милый, — комментирует Яков Матвеевич, обводя старую кухню пристальным взглядом. — Милый, но старый. Одни ставни чего стоят! Боже мой, двадцать первый век на дворе, но дома со ставнями до сих пор существуют.

— Хотите еще что-то прокомментировать? Может быть, скрипучие полы или деревянные окна с замазкой?

— О, сто лет такие не видел! — фыркает. — Привык к комфорту, знаешь ли. Эти окна — просто жуть, зимой сквозняк по дому будет гулять!

— Я молодая, мне, в отличии от вас, никакой сквозняк не страшен. Наоборот, знаете ли, люблю, когда в комнате воздух свежий, чистый и не пахнет старым нафталином!

Даже не пытаюсь придержать язык за зубами. Бекетовых ненавижу так сильно, что кровь превращается в черный яд. Да они… они мне всю жизнь испортили!

— Мне нравится твой острый ум и умение оскорблять, не сказав при этом ни единого матерного или грубого слова, — улыбается Бекетов. — Думаю, такому сложно научиться.

— Можно сказать, что болтать всякий вздор — это недостаток. Но я уверен, что из любого недостатка можно вырастить талант, если обратить его в свою пользу и, как следует, отшлифовать. И из куска угля, знаешь ли, получается золото.

— Золото? Это не ко мне! — мрачнею. — Предпочту остаться куском простого угля.

— Да кто тебя станет спрашивать? — хохочет старик. — Ты будешь сиять.

Теперь наступает мой черед смеяться.

— Смейся, смейся. Но я для себя уже все решил. Обстоятельства такие, что медлить нельзя, потом будет слишком поздно и почти невозможно скрыть кое-какие нюансы, — смотрит на меня.

Я не понимаю, куда он клонит, но дико боюсь, что он знает… знает.

Стараюсь ничем не выдать себя, пытаюсь даже о беременности не думать. Потому что знаю, какой, на самом деле, отец Глеба страшный человек и искусный манипулятор… Как он ловко однажды «залез» ко мне в голову, сыграл на страхах и даже завязал беседу, заставив прислушаться к себе!

У меня не хватит опыта, чтобы обыграть его или устоять, я могу лишь огрызаться и пытаться не выдать истинное положение вещей.

— Не понимаю, на что вы намекаете. Зачем вы здесь?

— Ты неплохо замела следы.

— Даже если вы меня нашли, так просто вам меня не схватить. Я не вернусь. Ни за что! Не стану больше залогом послушания Бекетова! Не буду его игрушкой! Пусть горит в аду!

— Не кричи. Глебу ты неинтересна. Твои шашни с фон Бергером расстроили моего маленького большого мальчика.

Не было никаких шашней! Абсолютно! Оба брата ко мне клеились и тянули свои загребущие руки, Дитмар даже почти поцеловал меня и рассчитывал на секс, но ничего же не было!

Это гнусная ложь.