Куплю тебя за миллион

— Сначала нужно проверить кое-какие факты.

— Глеб, так не пойдет. Я хочу знать!

Отец сверлит меня взглядом, смотрит на телефон, зажатый в моем кулаке.

— Тебе придется сказать мне, Глеб. Не усложняй ситуацию для Марианны. Я на нее и так зол. Не давай мне повода спустить на девчонку всех собак.

— Опять ты угрожаешь? Я выполнил твоё условие, подписал брачный договор. Значит, позволь мне самому решить вопрос с Марианной так, как я считаю нужным.

— Тебе глубоко плевать на честь семьи, а мне — не плевать.

— К счастью, у тебя есть еще один замечательный сын, который ни в чем тебя не разочарует.

— Глеб! — вздыхает устало отец. — Прошедшие сутки были тяжелыми. Мы все измотаны и доведены до предела. Не стоит утаивать от меня, что сказала Марианна. В конце концов, я это и так узнаю. Все мои разговоры записываются. Ты просто сэкономишь мне время.

— Марианна сказала, что подарила цацки Дитмару. На память о незабываемой ночи.

Засовываю телефон в руки отцу и начинаю ходить по коридору.

— Дитмар, — говорю вслух и киваю. — Убью.

В голове сразу проясняется.

— И второго близнеца, для верности, тоже убью. Ведь я их совсем не различаю!

— Чего?! — взревел отец.

— Я вслух подумал, да?

— Еще как подумал. Или это была шутка?! — интересуется побледневший отец.

— Похоже, что я шучу?

— Постой. Так нельзя. Для начала нужно проверить, у Бергеров ли драгоценности. Потом решим, как поступить.

— Проверю. Как только выпотрошу обоих.

— Глеб, они того не стоят.

— Цацки или близнецы?!

— Я, как никто другой, жажду вернуть ценности в семью и отплатить за пережитое унижение. Но смерть близнецов развяжет войну с сильным противником. Война нам сейчас ни к чему. Позволь мне поговорить с Карлом фон Бергером, отцом Дитмара. Возможно, он сможет повлиять на сына, и драгоценности вернутся в нашу семью. Без кровопролития.

— Ты сам говорил, что они нарываются и хотят получить войну.

— Я имел в виду другое! Я решаюсь на насильственные меры лишь в крайнем случае, когда имеет место прецеденты, вроде открытой угрозы жизни или достоверных сведений, что готовится покушение.

— Сейчас неправ ты. Понимаю, что тебя задел побег Марианны с другим мужиком, но… — внезапно отец осекается и смеётся. — Ах ты маленькая пройдоха! — почти с восхищением. — Кажется, Марианна ещё хитрее, чем я думал! Думаешь, она позвонила лишь для того, чтобы сказать тебе: «Чао!» Как бы не так!

Разговор с Марианной меня завел. Выбесил. Вывел из себя.

Но где-то внутри, под яростной кипящей оболочкой плещется странная радость — она жива и вполне здорова, если кусается словами.

Значит, с ней все в порядке. Я этому рад. Наверное, я точно сошел с ума.

— Ты слишком сильно эмоционируешь, тебе стоит остыть! — начинает поучать меня отец.